-- Я все это какъ-будто вижу передъ собою.
-- Помните, солдаты зажгли факелы и повели обоихъ, а мы пошли чрезъ темныя болота, за ними, чтобъ посмотрѣть, чѣмъ все это кончится, и свѣтъ отъ факеловъ падалъ на ихъ лица -- я напираю именно на это обстоятельство, свѣтъ отъ факеловъ падалъ на ихъ лица, между-тѣмъ какъ вокругъ насъ царствовала темнота.
-- Да, да, сказалъ я.-- Я все это помню.
-- Ну-съ, мистеръ Пипъ, вотъ одинъ изъ этихъ каторжниковъ сидѣлъ за вами весь вечеръ. Я видѣлъ его чрезъ ваше плечо.
-- Рѣшительно сказано! подумалъ я, и потомъ спросилъ его -- который же изъ нихъ, по вашему, былъ здѣсь?
-- Тотъ, котораго помяли, запинаясь, отвѣтилъ онъ. И я готовъ побожиться, что видѣлъ его. Чѣмъ болѣе я думаю, тѣмъ болѣе убѣждаюсь, что это дѣйствительно былъ онъ.
-- Однако, это очень-любопытно, сказалъ я, стараясь показать, что фактъ этотъ для меня дѣйствительно былъ не болѣе какъ любопытенъ.
Я рѣшительно не въ состояніи разсказать въ какое безпокойство меня повергъ этотъ разговоръ и въ какой ужасъ я приходилъ при мысли, что Компесонъ сидѣлъ за мною, "какъ тѣнь". Если была минута, когда я не думалъ о немъ съ-тѣхъ-поръ, какъ явился Провисъ, такъ это именно тогда, какъ онъ былъ рядомъ со мною. Я не могъ сомнѣваться, что онъ былъ тамъ именно потому, что я былъ тамъ, и что какъ ни маловажна была опасность, угрожавшая намъ, она тѣмъ не менѣе существовала и была близка.
Я спросилъ мистера Уопселя: когда вошелъ этотъ человѣкъ? Но онъ не могъ мнѣ дать на это отвѣта, онъ только когда увидѣлъ меня, то сейчасъ за моею спиною увидѣлъ и его. Онъ не вдругъ узналъ его, но тотчасъ же нашелъ, что-то общее между мною и имъ, напоминавшее ему мою прежнюю жизнь въ деревнѣ. Какъ былъ онъ одѣтъ?-- Хорошо, но ничемъ особеннымъ не отличался, кажется весь былъ къ черномъ.-- Было ли лицо его изуродованно?-- Нѣтъ, какъ помнится, нѣтъ. Я также полагалъ что нѣтъ, потому-что хотя одумавшись я и не замѣтилъ никого изъ сидѣвшихъ около меня, но все же очень вѣроятно, что совершенно изуродованное лицо бросилось бы мнѣ въ глаза.
Когда мистеръ Уопсель разсказалъ все, что онъ могъ припомнить, или все что я могъ изъ него вытянуть и когда я угостилъ его кое-чѣмъ, необходимымъ послѣ трудовъ того вечера, мы разошлись. Былъ уже первый часъ, когда и возвратился въ Темплъ и ворота были заперты. Никого не было вблизи, когда я вошелъ въ домъ и прошелъ въ свою квартиру.