-- Нѣтъ, отвѣчалъ я, онъ никогда объ этомъ и не думалъ, онъ и не воображаетъ, что дочь его жива.
Но на этотъ разъ Джаггерсъ измѣнилъ себѣ. Мой отвѣтъ былъ столь неожиданъ, что онъ положилъ платокъ въ карманъ, не исполнивъ обыкновеннаго процеса сморканія, и, скрестивъ руки, пристально посмотрѣлъ на меня.
Я разсказалъ ему тогда все что зналъ, и откуда имѣлъ всѣ эти свѣдѣнія. Я только умолчалъ о Уемикѣ, и оставилъ его думать, что я узналъ подробности, переданныя мнѣ Уемикомъ отъ миссъ Гавишамъ. Я все еще боялся смотрѣть на Уемика, и только окончивъ свой разсказъ и помѣнявшись взглядами съ Джаггерсомъ, я взглянулъ на него. Онъ сидѣлъ согнувшись и вперивъ глаза въ столъ.
-- А-а! наконецъ произнесъ Джаггерсъ, подходя къ столу.-- На чемъ мы остановились Уемикъ, когда вошелъ мистеръ Пипъ?
Я не могъ позволить, чтобъ со мною такъ обошлись, я горячо протестовалъ и просилъ Джаггерса быть со мной откровеннѣе. Я напомнилъ ему, какъ долго я заблуждался, какъ тѣшилъ себя несбыточными надеждами, и какъ я теперь сдѣлалъ важное открытіе; я даже далъ ему понять, что теперешнее безпокойное состояніе моихъ мыслей можетъ имѣть дурныя послѣдствія. Я говорилъ, что кажется заслуживаю взаимной откровенности съ его стороны. Я невиненъ; не подозрѣвалъ его ни въ чемъ, а только хотѣлъ узнать отъ него всю правду. А если онъ спроситъ, зачѣмъ я этого хочу, какое право я имѣю требовать отвѣта отъ него, то я скажу, хотя ему, быть-можетъ, дѣла нѣтъ до подобныхъ грезъ, что я любилъ Эстеллу, горячо и долго, и теперь, когда я потерялъ ее, мнѣ дорого все, что до нея касается. Видя наконецъ, что Джаггерсъ стоитъ молча и остается неумолимъ, несмотря на мой страстный порывъ, я обратился къ Уемику.
-- Уемикъ, воскликнулъ я: -- я знаю, у васъ доброе сердце. Я видѣлъ вашъ веселый домикъ, вашего стараго отца; я видѣлъ, какъ вы мило и пріятно проводите время у семейнаго очага. Умоляю васъ, заступитесь за меня, скажете мистеру Джаггерсу, что онъ долженъ быть со мною откровеннѣе!
Я никогда не видалъ страннѣе взглядовъ, чѣмъ тѣ, какими помѣнялись теперь Джаггерсъ съ Уемикомъ. Сначала я ужаснулся, думая, что Джаггерсъ тотчасъ же выгонитъ Уемика, но я скоро успокоился: на губахъ Джаггерса показалось что-то въ родѣ улыбки, и Уемикъ ободрился.
-- Это что значитъ? спросилъ Джаггерсъ:-- у васъ старикъ отецъ, и вы мило и пріятно проводите время?
-- Ну, такъ что жь? отвѣчалъ Уемикъ.-- Я его сюда не таскаю, и здѣсь не веселюсь.
-- Пипъ, сказалъ Джаггерсъ, взявъ меня за руку и открыто улыбаясь: -- этотъ человѣкъ, должно-быть, самый хитрѣйшій обманщикъ во всемъ Лондонѣ.