-- Очень внимательно, сэр!
Я слушал его столь внимательно, что все понял: голова у него слабая, а смесь из апельсинной настойки, кипящего коньяка и старого хереса уже начала сказываться (старый херес всегда ударяет в голову и лучше всего подходит для тех, кто привычен к вину).
-- Шли годы, а сочинения эти покоились в пыли. В конце концов Судьба, выбрав свое орудие из всего рода человеческого, послала сюда вас, Кристофер, и вот шкатулка распалась на части, и великан вышел на волю!
Сказав это, он взъерошил себе волосы и стал на цыпочки.
-- Однако, -- взволнованно напомнил он сам себе, -- нам придется засесть на всю ночь, мой Кристофер. Я должен править эти корректуры для печати. Налейте чернил во все чернильницы и принесите мне несколько новых перьев.
Он пачкал себя чернилами и пачкал корректуры всю ночь напролет и до того перепачкался, что в тот миг. когда Дневное Светило предупредило его своим восходом о том, что пора уезжать (в наемной карете), уже нельзя было разобраться, где корректуры, а где он сам, так густо все это было усеяно кляксами. Напоследок он попросил меня немедленно отнести корректуры с его правкой в редакцию этого журнала. Так я и сделал. По всей вероятности, его поправки не появятся в печати, ибо когда я переносил на бумагу заключительные фразы своей повести, из Вофорской типографии пришли сказать, что там не располагают никакими возможностями разобрать его правку. Тут некий причастный к редакции джентльмен (которого я не буду называть, но о котором достаточно сказать -- стоя на широкой основе омываемого волнами острова, что смотрим ли мы на него, как... {Конец этой хвалебной фразы в скобках вычеркнут редактором. (Прим. автора.)}) рассмеялся и бросил исправленные листы в огонь.
1862
КОММЕНТАРИИ
Рассказ был впервые опубликован в 1862 году в рождественском номере журнала Диккенса "Круглый год". Он создавался в соавторстве с другими писателями. Диккенсу принадлежат здесь первые четыре главы.
"Франкмасонская таверна" - ресторан, сохранившийся до сих пор, находится на Грейт-Куин-стрит.