-- Какое ужасное имя Глуббъ!-- сказала мистрисъ Блимберъ. Что это за чудовище, мой милый?
-- Это такое же чтдовище, какъ и вы.-- сказалъ Павелъ.
-- Какъ?!-- вскричалъ докторъ ужаснымъ голосомъ.-- Что? Что-о-о ты сказалъ? А?
Дрожь пробѣжала по тѣлу маленькаго Павла, но онъ все-таки продолжалъ:
-- Глуббъ очень почтенный старикъ. Онъ возилъ мою телѣжку, гдѣ я могъ лежать и спать, какъ и когда мнѣ угодно. Онъ знаетъ все о глубокомъ морѣ и о рыбахъ, которыя живутъ тамъ, а о большихъ чудовищахъ, которыя выходятъ оттуда и грѣются на скалахъ подъ зноемъ солнечныхъ лучей и которыя сейчасъ же бросаются въ море, когда ихъ испугаютъ. При этомъ, говоритъ Глуббъ, они издаютъ такой шумъ, что ихъ можно слышать за много-много верстъ. Есть еще чудовища,-- не знаю, какъ ихъ зовутъ, они еще такія длинныя-длинныя, Флоренса все это знаетъ,-- только есть такія чудовища, которыя притворяются несчастными и плачутъ какъ маленькія дѣти, а когда кто-нибудь подойдетъ къ нимъ изъ жалости, они разѣваютъ свои огромныя челюсти и нападаютъ. Тутъ одно средство спастись,-- продолжалъ маменькій Павелъ, увлекаясь своимъ разсказомъ и смѣло обращаясь къ доктору Блимберу: -- надо немножко отбѣжать и потомъ вдругъ поворотить назадъ; имъ нельзя такъ скоро поворотиться, потому что они ужасно длинны. Тутъ ихъ легко побѣдить, говоритъ Глуббъ. Вообще онъ много, очень много знаетъ о морѣ, хотя и не можетъ растолковать, что всегда говорятъ морскія волны, и почему я такъ часто думаю о своей мамѣ, когда смотрю на море... Моя мама, знаете, умерла... Я бы желалъ,-- вдругъ оборвалъ разсказъ ребенокъ,-- чтобы старикъ Глуббъ по временамъ заходилъ сюда навѣшать меня, потому что я знаю его очень хорошо, и онъ меня знаетъ.
И онъ робко взглядывалъ въ незнакомыя ему лица.
Мистрисъ Блимберъ, глядя на мальчика, невольно подумала: "Что за странный ребенокъ!"
-- Корнелія, поводи его по дому,-- сказалъ докторъ Блимберъ: -- покажи и растолкуй ему все.
Маленькій Домби подалъ свою ручонку Корнеліи, и они пошли.
-----