Флоренса просидѣла бы тутъ охотно весь вечеръ и готова была бы вовсе не танцовать, но Поль упрашивалъ ее объ этомъ, говоря, что ему весело смотрѣть, какъ она танцуетъ. Онъ говорилъ правду: сердце его радовалось и личико разгоралось живымъ румянцемъ, когда онъ видѣлъ, какъ всѣ ею восхищались и что не было никого прекраснѣе ея.
Изъ гнѣзда своего между подушками, Поль могъ видѣть и слышать все, какъ-будто танцевальный вечеръ былъ устроенъ единственно для его удовольствія. Между-прочимъ, онъ замѣтилъ, какъ танцовальный учитель, мистеръ Бэпсъ, вступилъ въ разговоръ съ сэромъ Барнетомъ Скеттльсомъ и предложилъ ему тотъ же самый вопросъ о сырыхъ матеріалахъ, которымъ незадолго такъ сильно озадачилъ Тутса. Сэръ Барнетъ наговорилъ ему много объ этомъ таинственномъ для Поля предметѣ, но по-видимому не рѣшилъ вопроса, потому-что мистеръ Бэпсъ отвѣчалъ: "Да! Но предположимъ, что Россія вмѣшается съ своимъ саломъ?" Чѣмъ сэръ Барнетъ былъ пораженъ до онѣмѣнія и только качалъ головою. Наконецъ онъ нашелъ только одно возраженіе: "въ такомъ случаѣ остаются намъ бумажныя издѣлія".
Сэръ Барнетъ смотрѣлъ на мистера Бэпса, отправившагося развлекать скучавшую въ одиночествѣ супругу, какъ на человѣка замѣчательнаго, и наконецъ рѣшилъ спросить у доктора Блимбера, кто этотъ джентльментъ?
-- Это нашъ профессоръ.
-- Чего-нибудь тѣсно-связаннаго со статистикой? Держу пари, что такъ!
-- Нѣтъ, сэръ Барнетъ, возразилъ докторъ Блимберъ, потирая себѣ подбородокъ.-- Не совершенно.
-- Политической экономіи, математики, или чего-нибудь подобнаго?
-- Нѣтъ, сэръ Барнетъ. Мистеръ Бэпсъ человѣкъ, конечно, весьма достойный... въ сущности, онъ нашъ профессоръ танцовальнаго искусства.
Поль испугался, видя какой гнѣвъ овладѣлъ сэромъ Барнетомъ Скеттльсомъ при этомъ извѣстіи и какими бѣшеными глазами онъ сталъ смотрѣть на мистера Бэпса; разъяренный баронетъ подошелъ къ своей супругѣ и замѣтилъ ей, указывая на танцмейстера, что это "самый без...со...вѣст...ный и без...стыд...ный нахалъ въ свѣтѣ! "
Поль замѣтилъ еще одно обстоятельство. Мистеръ Фидеръ, вкусивъ нѣсколько чашекъ нигуса, принялся наслаждаться. Танцы были вообще церемонны и музыка нѣсколько походила на духовную, но мистеръ Фидеръ послѣ чашекъ нигуса сказалъ Тутсу, что онъ расположенъ развеселить балъ. Послѣ этого онъ началъ танцовать съ величайшимъ усердіемъ, а самъ между-тѣмъ потихоньку подучалъ музыкантовъ, чтобъ они заиграли какой-нибудь удалой танецъ. Потомъ онъ сдѣлался необычайно-любезенъ съ дамами, и, танцуя съ миссъ Блимберъ, рискнулъ продекламировать ей вполголоса очень-нѣжные стишки, которые потомъ повторилъ четыремъ другимъ дамамъ, одной послѣ другой. Поль слышалъ это своими ушами.