-- Ну, Вал'ръ, теперь можешь дать мнѣ мои непромокаемые.
Валтеръ не могъ понять, почему капитанъ такъ хлопочетъ со своимъ шейнымъ платкомъ, который старался повязать какъ можно красивѣе; почему онъ вытянулъ накрахмаленный воротникъ рубашки до н е льзя; почему снялъ башмаки и надѣлъ неподражаемые сапожищи съ кисточками, въ которые наряжался только по экстреннымъ случаямъ. Наконецъ, когда капитанъ нарядился къ полному своему удовольствію, онъ взялъ палку и объявилъ, что готовъ.
Походка капитана, когда онъ вышелъ на улицу, была самодовольнѣе обыкновеннаго; но Валтеръ не обратилъ на это вниманія, приписывая ее эффекту сапоговъ съ кисточками. Когда они отошли нѣсколько, имъ встрѣтилась женщина, продававшая цвѣты. Капитанъ вдругъ остановился, какъ-будто пораженный счастливою мыслью, и купилъ огромнѣйшій пучокъ, какой только оказался въ ея корзинкѣ: великолѣпный букетъ, въ видѣ вѣера, фута въ два съ половиною въ окружности, составленный изъ самыхъ яркихъ и веселыхъ цвѣтовъ растительнаго царства.
Вооружась этимъ маленькимъ подаркомъ, которымъ онъ думалъ обрадовать мистера Домби, капитанъ продолжалъ идти вмѣстѣ съ Валтеромъ до самыхъ дверей лавки инструментальнаго мастера. Тамъ оба остановились.
-- Вы войдете, капитанъ?
-- Да.
-- И не забудете ничего?
-- Нѣтъ.
-- Такъ я начну свою прогулку.
-- Гуляй дольше! закричалъ ему вслѣдъ капитанъ, очень-довольный, что сбылъ его съ рукъ; самъ же онъ рѣшился посѣтить дядю Солля послѣ.