Повинуясь безмолвному знаку мистера Каркера, Перчъ тотчасъ же вышелъ. Лишь-только управляющій остался наединѣ съ своимъ посѣтителемъ, онъ схватилъ его за горло, не говоря ни слова, и трясъ до-тѣхъ-поръ, пока у него, по-видимому, голова не расшаталась на плечахъ; посѣтитель, вполнѣ одурѣвшій отъ такого неожиданнаго пріема, вытаращилъ глаза на душившаго его джентльмена съ такими бѣлыми зубами, и едва собрался выговорить:
-- Да перестаньте, сударь! оставьте меня!
-- Оставить тебя, собака! Наконецъ-то я до тебя добрался! Я задавлю тебя!
-- Я вамъ ничего не сдѣлалъ, сударь! закричалъ со слезами бѣдный Байлеръ, иначе Робъ, иначе Точильщикъ, и всегда Тудль.
-- Ахъ ты мошенникъ! вскричалъ мистеръ Каркеръ, медленно выпуская его изъ своихъ когтей.-- Какъ ты осмѣлился прійдти сюда?
-- Я не разумѣлъ тутъ ничего дурнаго, сэръ, всхлипывалъ Робъ, отирая слезы кулакомъ.-- Я никогда не прійду сюда, сударь. Я только искалъ себѣ работы.
-- Работы, молодой Каинъ! повторилъ управляющій, пристально смотря ему въ лицо.-- Развѣ ты не самый негодный бродяга въ цѣломъ Лондонѣ?
Тудль-младшій, чувствовавшій себя грѣшнымъ, не могъ сказать ни слова въ свое оправданіе. Съ испуганнымъ и виноватымъ лицомъ смотрѣлъ онъ во всѣ глаза на джентльмена, котораго взоры оцѣпеняли его.
-- Развѣ ты не воръ?
-- Нѣтъ, сударь!