Огорченный и разстроенный до крайности, онъ счелъ справедливымъ освободить Роба изъ-подъ ареста, который наложилъ на него. Нанявъ сидѣльца изъ лавки ростовщика Брогли, чтобъ смотрѣть за инструментальною лавкой въ ихъ отсутствіи, капитанъ взялъ Роба съ собою, и они пошли вмѣстѣ отъискивать бренные останки Соломона Джилльса.
Жосткая лакированная шляпа заглядывала во всѣ закоулки Лондона: у пристаней, между судами, на отмеляхъ, вверхъ по рѣкѣ, внизъ по рѣкѣ, въ рабочіе домы, въ магазины костей, вездѣ и всюду. Цѣлую недѣлю капитанъ читалъ всѣ объявленія о найденныхъ утопленникахъ и самоубійцахъ, а потомъ отправлялся осматривать маленькихъ юнговъ, свалившихся, вѣроятно, за бортъ, или темнобородыхъ иностранцевъ, отравившихъ себя ядомъ, -- всѣхъ осматривалъ, чтобъ убѣдиться "точно ли это не старый Солль?"
Наконецъ, капитанъ Коттль оставилъ эти попытки, какъ безнадежныя, и сталъ придумывать, къ чему прибѣгнуть теперь? Перечитавъ еще нѣсколько разъ письмо своего пропавшаго друга, онъ остановился на просьбѣ его "сберечь мѣсто Валтеру въ старомъ домѣ". Но какъ для этого необходимо было покинуть квартиру въ домѣ мистриссъ Мэк-Стинджеръ, чему эта рѣшительная женщина непремѣнно сильно воспротивится, то капитанъ принялъ отчаянное намѣреніе убѣжать отъ нея.
-- Слушай, молодецъ, сказалъ онъ Робу, рѣшаясь исполнить этотъ замыселъ:-- завтра до ночи я не буду на здѣшнемъ рейдѣ... можетъ-быть, до полуночи. Но ты стой на вахтѣ, пока не услышишь мой стукъ... тогда сію же минуту бѣги отворить дверь.
-- Очень-хорошо, капитанъ.
-- Ты останешься здѣсь на порціи и можешь дождаться производства, если мы будемъ дружно грести заодно. Но только-что ты услышишь стукъ въ двери, смотри же, не зѣвай!
-- Непремѣнно, будьте спокойны, капитанъ.
-- Ты понимаешь, прибавилъ онъ, воротясь назадъ, чтобъ напечатлѣть свои инструкціи еще глубже:-- очень можетъ быть погоня: меня могутъ захватить, пока я стану ждать у дверей, если ты опоздаешь отворить ихъ.
Робъ снова увѣрилъ капитана въ своей неусыпной бдительности, и капитанъ, сдѣлавъ такія предусмотрительныя распоряженія, пошелъ домой въ послѣдній разъ подъ кровъ мистриссъ Мэк-Стинджеръ.
Чувствуя, что это въ послѣдній разъ, капитанъ ощущалъ смертельный страхъ при одной мысли о мистриссъ Мэк-Стинджеръ; одинъ шумъ шаговъ ея по лѣстницѣ бросалъ его въ дрожь. Мистриссъ Мэк-Стинджеръ какъ-будто нарочно была въ самомъ обворожительномъ расположеніи духа, кротка, какъ агнецъ. Совѣсть капитана терзалась невыносимо, когда она пришла къ нему съ вопросомъ, чего онъ желаетъ себѣ къ обѣду.