-- О! о фирмѣ нечего много разсказывать, дядюшка. Темный рядъ конторъ; а въ комнатѣ, гдѣ я сижу, высокая каменная рѣшотка, желѣзный денежный сундукъ, объявленіе объ отходящихъ судахъ, календарь, письменные столы, чернилицы, нѣсколько книгъ, нѣсколько шкатулокъ, бездна паутины, вотъ и все!
-- И ничего больше?
-- Ничего, кромѣ старой канареечной клетки -- не постигаю, какъ она туда попала! да еще угольнаго ящика.
-- Ни банкирскихъ книгъ, ни счетныхъ книгъ, ни счетовъ, никакихъ признаковъ богатства, которое прибываетъ туда съ каждымъ днемъ?
-- О, этого добра довольно. Впрочемъ, большая часть этихъ вещей въ комнатѣ мистера Каркера, или мистера Морфина, или мистера Домби.
-- А мистеръ Домби былъ сегодня тамъ?
-- О, да!
-- Онъ, я думаю, не обратилъ на тебя вниманія?
-- Напротивъ.
-- Что же онъ сказалъ?