-- Я полагаю, ты не разъ предлагалъ этотъ вопросъ самому себѣ, когда былъ молодъ.... Ахъ! извини пожалуста! и хотѣлъ сказать: когда ты былъ помоложе, сказалъ Парсонсъ.
-- Никогда въ жизни! отвѣчалъ Ваткинсъ, съ видимымъ негодованіемъ, что его подозрѣваютъ въ подобномъ поступкѣ: -- никогда, никогда! Надобно вамъ замѣтить, что на этотъ счетъ я имѣю особенныя понятія. Я не боюсь дамъ, ни молодыхъ, ни старыхъ, -- нисколько не боюсь; но мнѣ кажется, что, по принятому обычаю нынѣшняго свѣта, онѣ позволяютъ себѣ слишкомъ много свободы въ разговорѣ и обращеніи съ кандидатами на супружескую жизнь. Вотъ въ этой-то свободѣ я никакимъ образомъ не могу пріучить себя, и, находясь въ безпрерывномъ страхѣ зайти слишкомъ далеко, я получилъ титулъ формалиста и холоднаго человѣка.
-- Я не удивляюсь этому, отвѣчалъ Парсонсъ, довольно серьёзно: -- рѣшительно не удивляюсь. Но повѣрь, что въ этомъ случаѣ ты ровно ничего не потеряешь, потому что строгость и деликатность понятій этой лэди далеки превосходятъ твои собственныя. Да вотъ что я скажу тебѣ для примѣра: когда она пріѣхала въ нашъ домъ, то въ спальнѣ ея висѣлъ старый портретъ какого-то мужчины, съ двумя огромными черными глазами... какъ ты думаешь -- она рѣшительно отказалась итти въ эту комнату, пока не вынесутъ портрета, считая крайне неприличнымъ находиться съ нимъ наединѣ.
-- И я тоже думаю, что это неприлично, отвѣчалъ мистеръ Ваткинсъ Тотль: -- конечно, неприлично.
-- А то еще разъ вечеромъ -- о! я въ жизнь свою столько не смѣялся, продолжалъ мистеръ Габріель Парсонсъ: -- меня принесло домой сильнымъ восточнымъ вѣтромъ и лицо мое страшно ломило отъ холода. Въ то время, какъ мистриссъ Парсонсъ, ея задушевная подруга, я и Франкъ Росси играли въ вистъ, -- мнѣ вдругъ пришло въ голову сказать шутя, что когда лягу въ постель, то непремѣнно заверну свою голову въ фланелевую кофту Фанни. И что же? подруга Фанни въ ту же минуту бросила свои карты и вышла изъ гостиной.
-- Совершенно справедливо, сказалъ мистеръ Тотль: -- для сохраненія своего достоинства лучшаго она ничего не могла сдѣлать. Что же вы сдѣлали?
-- Что я сдѣлалъ? Франку пришлось играть съ болваномъ, и я выигралъ шесть пенсъ.
-- Неужели вы не извинились передъ ней за оскорбленіе ей чувствъ?
-- И не думалъ. На другое утро за завтраковъ мы снова заговорили объ этомъ. Она старалась доказать, что во всякомъ случаѣ одинъ намекъ, не говоря уже о разговорѣ на фланелевую кофту крайне неприличенъ. По ея мнѣнію, мужчины вовсе не должны даже знать о существованіи подобнаго наряда. Я опровергалъ ея доказательства.
-- Что же она сказала на это? спросилъ Тотль, глубоко заинтересованный.