-- Мне это не нравится, Скимпол, -- сказал он озабоченно.
Мистер Скимпол, начисто позабывший о своих словах, взглянул на него удивленно.
-- Человек этот занимался нужным делом, -- продолжал опекун, шагая взад и вперед по очень ограниченному пространству между роялем и стеной и ероша волосы от затылка к макушке, так что казалось, будто их раздувает сильный восточный ветер. -- Мы сами виноваты -- сами вызываем необходимость в подобной профессии нашими собственными ошибками и безумствами, недостатком житейской мудрости или неудачами, а значит, мы не должны мстить тем, кто занимается ею. В ней нет ничего дурного. Этот человек кормил своих детей. Хотелось бы узнать о нем побольше.
-- О "Ковинсове"? -- воскликнул мистер Скимпол, наконец, поняв, о чем идет речь. -- Нет ничего легче. Сходите в штаб-квартиру самого Ковинса и узнаете все, что хотите знать.
Мистер Джарндис кивнул нам, а мы только и ждали этого знака.
-- Ну, мои дорогие, пойдемте-ка прогуляемся туда. Эта прогулка ведь не хуже всякой другой, правда?
Мы быстро собрались и вышли. Мистер Скимпол пошел вместе с нами, положительно наслаждаясь своим участием в нашей экспедиции. Он говорил, что это для него так ново и свежо -- разыскивать "Ковинсова", после того как "Ковинсов" столько раз разыскивал его самого.
И вот он повел нас по Карситор-стрит, выходящей на Канцлерскую улицу, и указал нам дом с забранными решеткой окнами, который назвал "замком Ковинса". Когда мы подошли к подъезду и позвонили, из какого-то помещения вроде конторы вышел уродливый малый и уставился на нас из-за железной калитки с заостренными прутьями.
-- Вам кого нужно? -- спросил малый, опершись подбородком на два острия.
-- Здесь служил один сыщик, или агент судебного исполнителя, или кто-то в этом роде, -- тот, что недавно умер, -- сказал мистер Джарндис.