Мистер Смоллуид кивает и, как видно, жаждет, чтобы его привели к присяге.
-- Ну-с, джентльмены присяжные, -- говорит мистер Гаппи, -- то бишь ну, Джоблинг, ты, может быть, скажешь, что это незавидный образ жизни. Согласен. Но это лучше, чем ничего, и лучше, чем солдатчина. Тебе необходимо переждать непогоду. Нужно время, чтобы забылись твои недавние истории. И смотри -- как бы тебе не пришлось провести это время похуже, чем в работе по переписке для Снегсби.
Мистер Джоблинг хочет прервать мистера Гаппи, но проницательный Смоллуид останавливает его сухим кашлем и словами:
-- Ишь ты! Говорит, как пишет, -- ни дать ни взять Шекспир!
-- Вопрос делится на два пункта, Джоблинг, -- продолжает мистер Гаппи. -- Это первый. Перехожу ко второму. Ты знаешь Крука, по прозвищу "Канцлер", проживающего на той стороне Канцлерской улицы? Да ну же, Джоблинг, ты, конечно, знаешь Крука, по кличке -- "Канцлер", -- того, что живет на той стороне Канцлерской улицы, -- настаивает мистер Гаппи понукающим тоном следователя, который ведет допрос.
-- Я знаю его в лицо, -- говорит мистер Джоблинг.
-- Знаешь в лицо. Очень хорошо. А ты знаешь старушку Флайт?
-- Ее все знают, -- отвечает мистер Джоблинг.
-- Ее все знают. Оч-чень хорошо. Так вот, с недавнего времени в число моих обязанностей входит выдача этой самой Флайт недельного денежного пособия с вычетом из него недельной квартирной платы, каковую я (согласно полученным мною инструкциям) регулярно вручаю самому Круку в присутствии Флайт. Поэтому мне пришлось завязать знакомство с Круком, и я теперь знаю, какой у него дом и какие привычки. Мне известно, что у него сдается комната. Ты мог бы ее снять задешево и жить в ней под любым именем так же спокойно, как в ста милях от города. Он не будет задавать никаких вопросов и возьмет тебя в квартиранты по одному моему слову -- хоть сию секунду, если хочешь. И вот еще что я скажу тебе, Джоблинг, -- продолжает мистер Гаппи, внезапно понижая голос и снова переходя на дружеский тон, -- это какой-то необыкновенный старикан... вечно роется в кипах каких-то бумаг, всеми силами старается научиться читать и писать, но, кажется, без всякого успеха. Совершенно необычайный старикашка, сэр. Не знаю, пожалуй, стоило бы последить за ним немножко.
-- Ты хочешь сказать... -- начинает мистер Джоблинг.