-- Нет? -- переспрашивает старик. -- Почему?
-- Она тогда запросит шесть пенсов в день, а нам ее прокорм дешевле обходится.
-- Правда?
Джуди отвечает весьма многозначительным кивком, очень осторожно намазывает масло на хлеб, так, чтобы не намазать лишнего, и, разрезав хлеб на ломтики, кричит:
-- Эй, Чарли, где ты?
Робко повинуясь этому зову, появляется маленькая девочка в жестком переднике и огромной шляпе, с половой щеткой в мокрых, покрытых мыльной пеной руках и, подойдя, приседает.
-- Что ты сейчас делаешь? -- спрашивает Джуди, по-старушечьи набрасываясь на нее, словно злющая старая ведьма.
-- Убираю заднюю комнату наверху, мисс, -- отвечает Чарли.
-- Смотри работай хорошенько, да не прохлаждайся. У меня лодырничать не удастся. Поторапливайся! Ступай! -- кричит Джуди, топнув ногой. -- С вами, девчонками, столько беспокойства, что вы и половины его не стоите.
Суровая матрона снова принимается за исполнение своих обязанностей -- скупо намазывает масло, режет хлеб, -- но вот на нее падает тень ее брата, заглянувшего в окно. Джуди с ножом и хлебом в руках открывает ему входную дверь.