-- А почем вы знаете, что на этом его нет?
-- Не теряйте терпения, как потеряли деньги, -- советует мистер Джордж, невозмутимо выбивая пепел из трубки. -- Он давным-давно утонул. В этом я уверен. Он упал за борт корабля. Не знаю только -- нарочно или случайно. Может, ваш приятель в Сити знает... А вы не помните этого мотива, мистер Смоллуид? -- добавляет он и насвистывает мотив, отбивая такт пустой трубкой по столу.
-- Мотив! -- повторяет старик. -- Нет. Тут у нас никаких мотивов не поют.
-- Это похоронный марш из "Саула" *. Под этот марш хоронят военных, и лучше всего закончить наш разговор этой музыкой. А теперь, если ваша прелестная внучка, -- простите, мисс, -- соблаговолит прибрать эту трубку, вам не придется тратиться на новую, когда я опять приду сюда через два месяца. Добрый вечер, мистер Смоллуид!
-- Любезный друг!
Старик протягивает ему обе руки.
-- Значит, вы думаете, что ваш приятель в Сити жестоко прижмет меня, если я не уплачу процентов в срок? -- спрашивает кавалерист, глядя на него сверху вниз, словно великан на карлика.
-- Боюсь, что так, любезный друг, -- отвечает старик, глядя на него снизу вверх, словно карлик на великана.
Мистер Джордж смеется, бросает последний взгляд на мистера Смоллуида, делает прощальный поклон в сторону презирающей его Джуди и выходит из гостиной такой походкой, что чудится, будто он гремит саблей и прочими металлическими предметами кавалерийского обмундирования.
-- Проклятый плут! -- рычит престарелый джентльмен, скорчив отвратительную рожу в сторону закрывшейся двери. -- Но я скручу тебя, собаку! Я тебя скручу!