-- Пока мы сюда ехали, ветер был северный, -- заметил Ричард.
-- Дорогой Рик, -- сказал мистер Джарндис, мешая угли в камине, -- ветер дует или вот-вот подует с востока -- могу поклясться. Когда ветер восточный, мне время от времени становится как-то не по себе.
-- У вас ревматизм, сэр? -- спросил Ричард.
-- Пожалуй что так, Рик. Вероятно. Значит, малютки Джел... Я и сам подозревал... что они в... о господи, ну, конечно, ветер восточный! -- повторил мистер Джарндис.
Роняя эти обрывки фраз, он раза два-три нерешительно прошелся взад и вперед по комнате, в одной руке держа кочергу, а другой ероша волосы с добродушной досадой, такой чудаковатый и такой милый, что нет слов выразить, как горячо мы им восхищались. Но вот он взял под руку меня и Аду и, попросив Ричарда захватить свечу, пошел с нами к двери, как вдруг повернул назад.
-- Насчет ребятишек Джеллиби... -- начал он. -- Вы не могли разве... вы не... ну, словом, неплохо было бы, если б, скажем, на них вдруг градом посыпались с небес леденцы, или пирожки с малиновым вареньем, или вообще что-нибудь в этом роде!
-- Но, кузен... -- торопливо подхватила Ада.
-- Вот это хорошо, моя прелесть! Приятно слышать, когда тебя называют "кузеном". А "кузен Джон" -- и того лучше, пожалуй.
-- Так вот, кузен Джон... -- снова начала Ада со смехом.
-- Ха-ха! Замечательно! -- воскликнул мистер Джарндис в полном восторге. -- 3вучит необычайно естественно. Ну, и что же, дорогая моя?