-- И это не испортило вам аппетита? Ничуть не взволновало вас?
-- Ни капельки, -- ответил "Ковинсов". -- Не застал бы вас нынче, так застал бы завтра. Лишний день -- пустяки.
-- Но когда вы сюда ехали, -- продолжал мистер Скимпол, -- была прекрасная погода. Светило солнце, дул ветерок, пели пташки, свет и тени мелькали по полям.
-- А разве кто-нибудь говорил, что нет? -- заметил "Ковинсов".
-- Никто не говорил, -- подтвердил мистер Скимпол. -- Но о чем вы думали в пути?
-- Что значит "думали"? -- рявкнул "Ковинсов" с чрезвычайно оскорбленным видом. -- "Думали"! У меня и без думанья работы хватает, а вот заработка не хватает. "Думали"!
Последнее слово он произнес с глубоким презрением.
-- Следовательно, -- продолжал мистер Скимпол, -- вы, во всяком случае, не думали о таких, например, вещах: "Гарольд Скимпол любит смотреть, как светит солнце; любит слушать, как шумит ветер; любит следить за изменчивой светотенью; любит слушать пташек, этих певчих в величественном храме Природы. И сдается мне, что я собираюсь лишить Гарольда Скимпола его доли того единственного блага, которое по праву принадлежит ему в силу рождения!" Неужели вы совсем об этом не думали?
-- Будьте... уверены... что... нет! -- проговорил "Ковинсов", который, видимо, отрицал малейшую возможность возникновения у него подобных мыслей и -- столь упорно, что не мог достаточно ярко выразить это иначе как длинными паузами между словами, а под конец дернулся так, что чуть не вывихнул себе шею.
-- Я вижу, у вас, деловых людей, мыслительный процесс протекает очень странным, очень любопытным образом! -- задумчиво проговорил мистер Скимпол. -- Благодарю вас, друг мой. Прощайте.