Кто-то действительно пришел, -- к великому удивлению маленького общества, -- и уже заглянул в дверь. Это человек с острыми глазами, живой, проницательный, и он сразу ловит все устремленные на него взгляды, каждый в отдельности и все вместе, с такой ловкостью, которая обличает в нем незаурядного человека.
-- Джордж, -- говорит он с легким поклоном, -- как вы себя чувствуете?
-- Э, да это Баккет! -- восклицает мистер Джордж.
-- Он самый, -- отзывается Баккет, войдя и закрыв за собой дверь. -- А я, знаете ли, проходил тут по улице и случайно остановился взглянуть на музыкальные инструменты в витрине, -- одному моему приятелю нужна подержанная виолончель с хорошим звуком -- гляжу, целая компания веселится, и показалось мне, будто в углу сидите вы; так и есть -- не ошибся. Ну, Джордж, как делишки? Идут довольно гладко? А ваши, тетушка? А ваши, хозяин? Бог мой! -- восклицает мистер Баккет, раскрыв объятия, -- да тут и деточки имеются! Только подсуньте мне малыша, и можете сделать со мной все что угодно. Ну-ка, поцелуйте-ка меня, крошечки вы мои! Незачем и спрашивать, кто ваши родители. В жизни не видывал такого сходства!
Завоевав всеобщее расположение, мистер Баккет садится рядом с мистером Джорджем и усаживает к себе на колени Квебек и Мальту.
-- Ах вы мои прелестные милашки, -- говорит мистер Банкет, -- поцелуйте-ка меня еще разок; а больше мне ничего не нужно. Господь с вами, до чего ж у вас здоровый вид! А по скольку лет вашим девочкам, тетушка? Одной восемь, а другой десять, я так думаю.
-- Вы почти угадали, сэр, -- говорит миссис Бегнет.
-- Я всегда угадываю, -- отвечает мистер Баккет, -- потому что до смерти люблю ребят. У одного моего приятеля девятнадцать человек детей, тетушка, и все от одной матери, а сама она до сих пор свежая и румяная, как Заря. Не такая красавица, как вы, но вроде вас, могу поклясться! А это как называется, душечка? -- продолжает мистер Баккет, ущипнув Мальту за щечку. -- Это персик, вот что это такое. Ну что за девочка! А как насчет твоего папы? Как думаешь, милочка, удастся папе подыскать подержанную виолончель с хорошим звуком для приятеля мистера Баккета? Моя фамилия Баккет. Смешная, правда? *
Эти любезные речи окончательно завоевывают сердца всего семейства. Миссис Бегнет, позабыв, какой сегодня день, своими руками набивает трубку, потом наливает стакан мистеру Баккету и радушно потчует его. Такого приятного человека она с радостью приняла бы когда угодно и говорит ему, что особенно рада видеть его сегодня вечером, потому что он друг Джорджа, а Джордж нынче прямо сам не свой -- чем-то расстроен.
-- Сам не свой? Расстроен? -- восклицает мистер Баккет. -- Что вы говорите! А в чем дело, Джордж? Ни за что не поверю, что вы расстроены. С чего бы вам расстраиваться? Впрочем, может, вас что-нибудь волнует, а?