-- А я бы не подумал -- до того вы хорошо сложены. И наоборот -- взять к примеру хоть лейб-гвардейцев: считаются красавцами, а сложены препаршиво... Так, значит, гуляет даже по ночам? Однако только при лунном свете, конечно?
Ну, конечно. При лунном свете! Конечно. Разумеется! Собеседники что-то уж очень разговорчивы и охотно поддакивают друг другу.
-- А сами вы, должно быть, не имеете привычки гулять? -- продолжает мистер Баккет. -- Не хватает времени, надо думать?
А хоть бы и хватало, так Меркурий не любит гулять. Предпочитает делать моцион на запятках.
-- Оно и понятно, -- соглашается мистер Баккет. -- Разве можно сравнить гулянье с катаньем? Помнится, -- продолжает мистер Баккет, грея себе руки и с приятностью поглядывая на пламя, -- она ходила гулять в тот самый вечер, когда все это произошло.
-- А как же, конечно ходила! Я же сам и провел ее в сад, что через дорогу от нас.
-- И оставили ее там, а сами ушли. Ну да, конечно, ушли. Я видел, как вы уходили.
-- А я не видел вас, -- говорит Меркурий.
-- Да я, по правде сказать, торопился, -- объясняет мистер Баккет, -- пошел, знаете, навестить свою тетку -- она живет в Челси, через два дома от старого Бан-Хауса; девяносто лет стукнуло старухе, одинокая, имеет небольшое состояние. Ну вот, я случайно и проходил мимо сада, в то время как вы отошли. Позвольте. В котором часу это было? Кажется, десяти еще не было.
-- В половине десятого.