Друзья, нашедшие "его", оторопело взирают на Смоллуидов, которые отвечают им тем же.
-- Дорогие друзья, -- визжит дедушка Смоллуид, протягивая руки, -- премного вам благодарен за то, что вы приняли на себя скорбный труд найти прах родного брата миссис Смоллуид.
-- Как? -- переспрашивает мистер Гаппи.
-- Брата миссис Смоллуид, любезный мой друг, -- ее единственного родственника. Мы не были с ним в родственных отношениях, о чем теперь следует пожалеть, но ведь он сам не хотел поддерживать с нами родственные отношения. Он не любил нас. Он был чудак... большой чудак. Если он не оставил завещания (а он, конечно, не оставил), я выхлопочу приказ о назначении меня душеприказчиком. Я приехал сюда присмотреть за имуществом -- его надо опечатать, его надо стеречь. Я приехал сюда, -- повторяет дедушка Смоллуид, загребая воздух всеми своими десятью пальцами сразу, -- присмотреть за имуществом.
-- Мне кажется, Смолл, -- говорит безутешный мистер Гаппи, -- ты должен был нам сказать, что Крук приходится тебе дядей.
-- А вы оба сами ни слова не говорили о нем, вот я и подумал, что вам будет приятней, если я тоже буду помалкивать, -- отвечает этот хитрец, таинственно поблескивая глазами. -- Да я и не очень-то им гордился.
-- Вас это вовсе и не касалось, дядя он нам или нет, -- говорит Джуди. И тоже таинственно поблескивает глазами.
-- Он меня ни разу в жизни не видел, -- добавляет Смолл, -- так с какой стати мне было знакомить его с вами!
-- Да, с нами он никогда не встречался, о чем теперь следует пожалеть, -- перебивает его дедушка Смоллуид, -- но я приехал присмотреть за имуществом, -- просмотреть бумаги и присмотреть за имуществом. Наследство по праву принадлежит нам, и мы его получим. Это дело я поручил своему поверенному. Мистер Талкингхорн, что живет на Линкольновых полях, здесь по соседству, был так любезен, что согласился взяться за это в качестве моего поверенного, а уж он такой человек, что "сквозь Землю видит", будьте покойны. Крук был единственным братом миссис Смоллуид; у нее не было родственников, кроме Крука, а у Крука не было родственников, кроме нее. Я говорю о твоем брате, зловредная ты тараканиха... семьдесят шесть лет от роду было старику.
Миссис Смоллуид тотчас же принимается трясти головой и пищать: