-- Знаю,-- возразила миссъ Фляйтъ.-- Что же изъ этого слѣдуетъ?
-- Какъ что?-- сказалъ старикъ, съ какимъ-то клокотаньемъ въ горлѣ.-- Для лорда-канцлера не быть знакомымъ съ Джорндисомъ было бы очень странно и смѣшно... не правда ли, миссъ Фляйтъ? Неужели я не смѣлъ позволить себѣ маленькую вольность? Вашъ покорнѣйшій слуга, сэръ. Я не хуже вашего, сэръ, знаю тяжбу Джорндисъ и Джорндисъ. Я знавалъ, сэръ, стараго сквайра Тома, но васъ ни разу не видалъ, не встрѣчалъ даже и въ судѣ, хотя, въ теченіе года, я таки частенько тамъ бываю.
-- Я никогда не бываю тамъ,-- сказалъ мистеръ Джорндисъ (и дѣйствительно, онъ ни подъ какимъ видомъ не заглядывалъ туда):-- я скорѣе соглашусь ходить куда-нибудь въ другое мѣсто.
-- Неужели?-- возразилъ Крукъ, оскаливъ зубы.-- Вы, кажется, черезчуръ ужъ строги къ моему благородному и ученому собрату; впрочемъ, и то надобно и сказать, въ каждомъ Джорндисѣ это чувство весьма натурально. Пуганая ворона куста боится, сэръ! Вы любуетесь, мистеръ Джорндисъ, птичками моей постоялицы?
Старикъ мало-по-малу входилъ въ комнату, пока не прикоснулся къ локтю моего опекуна, и пристально взглянулъ въ глаза его въ свои очки.
-- Странная вещь, сэръ: она никому не говоритъ, какъ зовутъ этихъ птичекъ, а между тѣмъ каждая изъ нихъ имѣетъ свое имя.
Эти слова были сказапы шопотомъ.
-- Фляйтъ, можно сдѣлать перекличку имъ?-- спросилъ онъ вслухъ, подмигивая намъ и указывая на нее, въ то время, какъ она отвернулась отъ насъ, какъ будто затѣмъ, чтобъ поправить огонь въ каминѣ.
-- Какъ хочешь,-- отвѣчала она сердито.
Старикъ, бросивъ на насъ другой проницательный взглядъ, взглянулъ на клѣтки и прочиталъ слѣдующій списокъ: