Они сердечно здороваются, какъ старые пріятели; мистриссъ Бэгнетъ втягиваетъ въ себя длинный глотокъ воздуха послѣ прогулки и садится отдохнуть. Обладая способностью, усвоенною на вершинахъ походныхъ телѣгъ и въ другихъ подобныхъ положеніяхъ, способностью удобно и спокойно помѣщаться гдѣ бы то ни было, она садится на простую деревянную скамейку, развязываетъ шляпку, откидываетъ ее назадъ, складываетъ руки на грудь и чувствуетъ себя совершенно довольной.
Мистеръ Бэгнетъ, между тѣмъ, пожимаетъ руки своему старому сослуживцу и Филю, котораго мистриссъ Бэгнетъ въ свою очередь привѣтствуетъ ласковымъ поклономъ и улыбкой.
-- Ну, Джорджъ,-- говоритъ мистриссъ Бэгнетъ торопливо: вотъ и мы къ тебѣ въ гости, я и мой Бакаутъ (она часто отзывается о мужѣ своемъ подъ этимъ названіемъ по тому случаю, какъ полагаютъ нѣкоторые, что Бакаутъ было его стариннымъ полковымъ прозваніемъ, когда они впервые познакомились, и что прозваніе это дано ему было по причинѣ его твердыхъ качествъ и шероховатой наружности) пришли нарочно затѣмъ, чтобъ привести въ порядокъ... знаешь вотъ то-то обстоятельство. Давай-ка ему новый вексель, Джорджъ, и онъ подпишетъ его духомъ.
-- А я собирался къ вамъ сегодня утромъ,-- замѣчаетъ кавалеристъ, уклоняясь отъ предложенія.
-- Мы такъ и думали, что ты придешь къ намъ сегодня поутру, но вышли изъ дому рано и оставили Вулича, отличнаго мальчишку, смотрѣть за сестрами, и вмѣсто того, чтобы ждать тебя къ себѣ, пришли сюда, какъ видишь, сами. Бакаутъ мой сдѣлался теперь такимъ домосѣдомъ, что прогуляться ему очень не мѣшаетъ. Но что съ тобой, Джорджъ?-- спрашиваетъ мистриссъ Бэгнетъ, прекращая свой бойкій и веселый разговоръ.-- Сегодня ты самъ не свой.
-- Да, я не совсѣмъ спокоенъ сегодня,-- отвѣчаетъ кавалеристъ:-- меня немного разсердили, мистриссъ Бэгнетъ.
Ея бѣглые, блестящіе глаза немедленно открываютъ истину.
-- Джорджъ!-- восклицаетъ она, грозя ему пальцемъ.-- Радъ Бога, неужели сдѣлалось что-нибудь недоброе для Бакаута! Не говори мнѣ этого, Джорджъ, ради дѣтей моихъ.
Кавалеристъ бросаетъ на нее тревожный взглядъ.
-- Джорджъ,-- говоритъ мистриссъ Бэгнетъ, то поднимая для большей выразительности обѣ руки кверху, то опуская ихъ на колѣни:-- если ты допустилъ сдѣлаться чему-нибудь дурному въ поручительствѣ моего Бакаута, если ты запуталъ его въ этомъ дѣлѣ, если ты продалъ насъ и поставилъ черезъ это въ опасное положеніе, а я вижу это по твоему лицу, Джорджъ, я читаю на немъ, какъ по печатному, то ты поступилъ съ нами безсовѣстно, ты обманулъ насъ жестокимъ образомъ. Я тебѣ говорю, Джорджъ, что ты обманулъ насъ жестокимъ образомъ. Вотъ и все тутъ.