-- Ни даже мой побѣгъ?-- спросила она.-- Подумайте объ этомъ еще разъ.
-- Вашъ побѣгъ, леди Дэдлокъ, распространилъ бы всю истину, увеличенную во сто разъ, далеко и далеко. Тогда бы невозможно было сохранить честь фамиліи даже на одинъ день. Нѣтъ, о побѣгѣ не должно и думать.
Въ этомъ отвѣтѣ замѣтна спокойная рѣшимость, не допускающая возраженій.
-- Когда я говорю о сэрѣ Лэйстерѣ исключительно, я подразумѣваю тутъ его честь и честь его фамиліи, что одно и то же. Сэръ Лэйстеръ и баронетство, сэръ Лэйстеръ и Чесни-Воулдъ, сэръ Лэйстеръ и его предки и его родословная... (мистеръ Толкинхорнъ становится при этомъ необыкновенно сухъ) мнѣ ненужно говорить вамъ, леди Дэдлокъ, между собою они нераздѣльны, они составляютъ одно.
-- Продолжайте!
-- Поэтому,-- говоритъ мистеръ Толкинхорнъ, систематически излагая свое дѣло:-- мнѣ предстоитъ о многомъ подумать. Это непремѣнно должно скрыть, если только можно. Но не знаю, до какой степени это возможно, принимая въ соображеніе то обстоятельство, что если сэръ Лэйстеръ сойдетъ съ ума или сляжетъ въ постель. Еслибъ я нанесъ ему этотъ ударъ завтра поутру, какимъ бы образомъ стали объяснять столь внезапную въ немъ перемѣну? Что могло быть ея причиной? Что могло разъединить васъ? Леди Дэдлокъ, пасквили на стѣнахъ и нелѣпые слухи распространятся немедленно, и припомните, что подобное распространеніе не столько огорчитъ васъ (которую я ни подъ какимъ видомъ не присоединяю къ этому дѣлу), сколько вашего мужа... вашего мужа, леди Дэдлокъ!
Вмѣстѣ съ тѣмъ какъ рѣчь его подвигается впередъ, она становится яснѣе и яснѣе, но ни на этомъ выразительнѣе или одушевленнѣе.
-- Есть еще другая точка зрѣнія,-- продолжаетъ онъ:-- съ которой это обстоятельство представляется въ другомъ видѣ. Сэръ Лэйстеръ преданъ вамъ почти до ослѣпленія. Онъ бы не въ состояніи былъ преодолѣть это ослѣпленіе даже и въ такомъ случаѣ, если бы узналъ то, что мы знаемъ. Я привожу крайность, но это можетъ случиться. Если такъ, то лучше, если бы онъ ничего не зналъ. Лучше по здравому смыслу, лучше для него, лучше для меня. Я все это долженъ принять въ соображеніе, и все это вмѣстѣ крайне затрудняетъ меня принять какое нибудь опредѣленное рѣшеніе.
Леди Дэдлокъ стоитъ, устремивъ свои взоры на тѣ же самыя звѣзды, и не говоритъ ни слова. Звѣзды начинаютъ блѣднѣть, и, повидимому, холодный свѣтъ ихъ оледеняетъ ее.
-- Опытъ научаетъ меня,-- говоритъ мистеръ Толкинхорнъ, который въ это время заложилъ руки въ карманы, и продолжаетъ дѣлать свои соображенія, какъ машина.-- Опытъ научаетъ меня, леди Дэдлокъ, что большая часть людей, которыхъ я знаю, сдѣлали бы гораздо лучше, если-бъ не вступали въ бракъ. Это избавило бы ихъ, по крайней мѣрѣ, на три четверти отъ хлопотъ. Такъ я думалъ, когда сэръ Лэйстеръ женился, такъ всегда я думалъ и послѣ. Но довольно объ этомъ. Теперь я долженъ руководиться обстоятельствами. Между тѣмъ прошу васъ хранить все это въ тайнѣ, какъ и я самъ буду хранить.