-- Адвокатъ-то, его видишь, сосетъ не на животъ, а на смерть,-- замѣчаетъ мистеръ Бэгнетъ:-- вѣдь онъ самого чорта выведетъ изъ терпѣнія.
-- Пожалуй, что такъ, Бакаутъ; пожалуй, что и правда.
Дальнѣйшій разговоръ прекращается на время, потому что мистеръ Бэгнетъ находитъ себя въ необходимости сосредоточить всю силу умственныхъ своихъ способностей на приготовленіи обѣда. который находился въ маленькой опасности: дичь принимала крайне сухой видъ по тому обстоятельству, что при ней не было подливки, и потому еще, что въ приготовленную подливку не прибавлено муки для надлежащаго устраненія отъ нея водянисто-желтаго цвѣта. По поводу тѣхъ же самыхъ неблагопріятныхъ обстоятельствъ картофель ни подъ какимъ видомъ не слушается вилокъ, когда нужно снимать съ него шкурку, и распадается изъ середины по всѣмъ направленіямъ, какъ будто онъ подверженъ вулканическимъ изверженіямъ. Ноги зажаренной птицы сдѣлались длиннѣе, чѣмъ бы слѣдовало, и чрезвычайно шероховаты. Устранивъ всѣ эти недочеты по мѣрѣ силъ своихъ и способностей, мистеръ Бэгнетъ наконецъ раскладываетъ все по блюдамъ, и вмѣстѣ съ семьей садится за столъ. Мистриссъ Бэгнетъ занимаетъ мѣсто почетнѣйшей гостьи по правую отъ него сторону.
Слава Богу, что день рожденія старой бабенки не бываетъ дважды въ году, иначе два подобныхъ угощенія домашней птицею имѣли бы пагубныя послѣдствія. Всякаго рода самыя нѣжныя жилочки и лигаменты, какими только птица одарена отъ природы, превратились въ этихъ двухъ образцахъ въ самыя крѣпкія гитарныя струны. Ихъ вѣтви, повидимому, пустили корни въ мясистыя части, точь-въ-точь, какъ престарѣлыя деревья пускаютъ корни въ почву. Ихъ ножки до того тверды и крѣпки, что невольнымъ образомъ сообщаютъ идею, какъ будто нея долгая и многотрудная жизнь ихъ проведена была на ногахъ и притомъ въ бѣганьѣ въ запуски. Несмотря на то, мистеръ Бэгнетъ, не сознавая этихъ маленькихъ недостатковъ, настойчиво упрашиваетъ мистриссъ Бэгнетъ скушать самое страшное количество такого лакомаго блюда, а такъ какъ эта добрая душа никогда въ жизни, и ни подъ какимъ видомъ не рѣшалась огорчить своего благовѣрнаго, тѣмъ болѣе въ такой замѣчательный день, то изъ угожденія ему подвергаетъ желудокъ свой страшной опасности. Какимъ образомъ молодой Вуличъ очищаетъ перегорѣлыя ножки, не имѣя желудка страуса, переваривающаго, какъ она слышала, даже самое желѣзо, совершенно выходитъ изъ круга ея пониманія!
По окончаніи трапезы старой бабенкѣ предстоитъ перенести другое испытаніе: она должна попрежнему сидѣть на мѣстѣ въ парадномъ платьѣ и видѣть, какъ приводится въ порядокъ комната, обметается очагъ, перемывается и чистится посуда на маленькомъ дворикѣ. Величайшій восторгъ и энергія, съ которыми двѣ дѣвочки исполняютъ обязанности хозяйки, засучивъ рукава въ подражаніе своей матери и постукивая при входѣ въ комнату и выходѣ изъ нея своими маленькими деревянными башмаками, подаютъ необъятныя надежды на будущее и производятъ сильное душевное безпокойство въ настоящія минуты. По тѣмъ же самымъ причинамъ происходитъ смѣшеніе языковъ, стукъ глиняной посуды, брянчанье жестяныхъ кружекъ и кувшиновъ, треніе щетокъ, потребленіе воды, и все въ высшей степени и въ большомъ количествѣ: между тѣмъ, какъ самое пресыщеніе водою маленькихъ хозяекъ становится до такой степени трогательнымъ зрѣлищемъ для мистриссъ Бэгнетъ, что въ ея положеніи принужденное спокойствіе оказывается необходимымъ. Наконецъ процессъ чищенія торжественнымъ образомъ прекращается; Квебека и Мальта являются на сцену въ чистенькомъ нарядѣ, улыбающіяся и сухія; на столъ кладутся трубки, табакъ и другія принадлежности для утоленія жажды, и старая бабенка только теперь начинаетъ испытывать душевное спокойствіе въ этотъ восхитительный праздникъ.
Когда мистеръ Бэгнетъ занимаетъ свое обычное мѣсто, часовыя стрѣлки находятся въ весьма близкомъ разстояніи отъ половины пятаго; спустя нѣсколько минутъ онѣ указываютъ аккуратно на это время, и мистеръ Бэгнетъ восклицаетъ.
-- Джорджъ! Аккуратенъ по военному!
Да это дѣйствительно Джорджъ, и онъ выражаетъ искреннія поздравленія старой бабенкѣ (которую цѣлуетъ при этомъ торжественномъ случаѣ), всѣмъ дѣтямъ и мистеру Бэгнету.
-- Дай Богъ, чтобъ этотъ счастливый день возвращался для всѣхъ на многія и многія лѣта!-- говоритъ мистеръ Джорджъ.
-- Но, Джорджъ, старикъ,-- спрашиваетъ мистриссъ Бэгнетъ, смотря на него съ величайшимъ вниманіемъ:-- что съ тобой сдѣлалось?