Меркурій никогда не служилъ оригиналомъ для статуи.
-- Такъ вамъ надо непремѣнно попробовать,-- замѣчаетъ мистеръ Боккетъ.-- Одинъ изъ моихъ пріятелей, о которомъ вы со временемъ услышите какъ о скульпторѣ Королевской Академіи, сочтетъ особеннымъ удовольствіемъ передать ваши формы мрамору. Миледи нѣтъ дома, не такъ-ли?
-- Уѣхали кушать.
-- Выѣзжаютъ всякій день, не правда ли?
-- Да.
-- И неудивительно!-- говоритъ мистеръ Боккетъ.-- Такая прелестная женщина, какъ она, такая привлекательная, любящая и элегантная женщина по истинѣ служитъ украшеніемъ общества, въ которомъ появляется. А что, вашъ батюшка сдѣлалъ такую же карьеру какъ и вы?
Отвѣтъ оказывается отрицательнымъ.
-- Мой такъ послужилъ на своемъ вѣку,-- говоритъ мистеръ Боккетъ.-- Мой отецъ сначала былъ жокеемъ, потомъ лакеемъ, потомъ буфетчикомъ, тамъ дворецкимъ и наконецъ содержателемъ гостиницы. Онъ пользовался всеобщимъ уваженіемъ и умеръ оплакиваемый всѣми, кто зналь его. При послѣднемъ издыханіи онъ все-таки повторилъ, что считаетъ службу самою лучшею и благородною частію своей карьеры; и это совершенная правда. У меня есть братъ въ услуженіи, шуринъ также служить. А что, миледи добры нравомъ?
Меркурій отвѣчаетъ: такъ добры, какъ вы только можете, себѣ представить.
-- А,-- дополняетъ мистеръ Боккетъ:-- немножко безтолковы, немножко капризны? Да Боже мой! Можно ли сердиться на нихъ за это когда онѣ такъ хороши изъ себя? Да мы даже вдвое больше любимъ ихъ за это, не правда ли?