-- Бѣдное созданіе,-- соглашался мистеръ Боккетъ:-- и преносносное созданіе, которому одинаково хорошо бытъ въ Лондонѣ, какъ и во всякомъ другомъ мѣстѣ. Я рѣшительно не зналъ, что дѣлать, когда увидѣлъ, что вы взяли его къ себѣ въ домъ.
Я спросила его, почему?
-- Почему, моя милая?-- сказалъ мистеръ Боккетъ.-- Весьма естественно, потому что его длинному языку не было бы и конца. Вѣрно языкъ его имѣлъ при самомъ рожденіи полтора ярда длины, даже слишкомъ.
Хотя теперь я припоминаю этотъ разговоръ, но въ то время въ головѣ моей былъ страшный хаосъ, и вниманія моего едва только доставало на то, чтобы понять, что онъ входилъ въ эти подробности собственно для моего развлеченія. Съ тою же самою великодушною предусмотрительностью, онъ часто говорилъ со мною о предметахъ весьма обыкновенныхъ, между тѣмъ какъ лицо его постоянно выражало твердую мысль и предметѣ, которыя мы имѣли въ виду. Онъ сохранилъ это выраженіе даже и въ то время, когда мы вошли въ садовую калитку.
-- Вотъ мы и здѣсь,-- сказалъ мистеръ Боккетъ.-- Да какое это прелестное уединенное мѣстечко. Какъ живо напоминаетъ оно собою сказочный деревенскій домикъ, узнаваемыйпо дыму, который такъ легко и граціозно вьется къ небу. Однако, у васъ рано разводится огонь на кухнѣ; это означаетъ, что въ домѣ добрые слуги. Но что всего главнѣе вы должны наблюдать за своими слугами, такъ это кто приходитъ навѣщать ихь. А другое вотъ еще что, моя милая:-- когда вы застанете молодого человѣка за кухонной дверью, такъ непремѣнно отдайте того молодого человѣка подъ стражу, какъ человѣка подозрительнаго, который скрывается въ обитаемомъ домѣ съ преступными замыслами.
Мы были уже передъ самымъ домомъ. Мистеръ Боккетъ внимательно осмотрѣлъ слѣды на пескѣ, прежде чѣмъ поднялъ глаза снои къ окнамъ.
-- Скажите пожалуйста, миссъ Соммерсонъ, вы всегда помѣщаете въ одну и ту же комнату этого пожилыхъ лѣтъ молодого человѣка, когда онъ пріѣзжаетъ сюда?-- спросилъ онъ, взглянувъ на комнату, которая но обыкновенію отводилась мистеру Скимполю.
-- Вы знаете мистера Скимполя!- сказала я.
-- Позвольте, позвольте... какъ вы его назвали?-- спросилъ мистеръ Боккетъ, приклонивъ ко мнѣ ухо.-- Скимполь, кажется? А я таки частенько старался отгадать, какъ его зовутъ. Скимполь. Не Джонъ ли еще, не Джакобъ ли?
-- Гарольдъ,-- отвѣчала я.