— Извините, пожалуйста; погодите минуточку, заторопился онъ, входя въ комнату.
Не обращая никакого вниманія на всеобщее изумленіе, онъ заперъ за собою дверь, униженно поцѣловалъ кончики грязнѣйшей перчатки и отвѣсилъ поклонъ, изгибаясь чуть не до земли.
— Сарра, помолчи немного, дай мнѣ сказать хоть словечко.
— Господа, обратился онъ къ присутствующимъ. — Вы, пожалуй, не повѣрили бы, если бы я попытался выразить передъ вами то удовольствіе, которое я испытываю при видѣ такого полнѣйшаго единомыслія и единодушія между такими почтенными джентльменами; какъ вы. Но, хотя я и несчастный человѣкъ и преступникъ, если только подобныя выраженія умѣстны въ такомъ избранномъ обществѣ, у меня тоже есть чувства. Чувства присущи всѣмъ людямъ, сказа. тгь какой-то поэтъ. Если бы свинья высказала эту великую истину, то и она, благодаря ей, заслужила бы вѣнецъ безсмертія.
— Если ты еще не совсѣмъ потерялъ разсудокъ, перестань молоть вздоръ, рѣзко остановила его сестра.
— Благодарю тебя, милая Сарра. Я знаю, что мнѣ нужно, душа моя, и поэтому беру на себя смѣлость говорить-то, что мнѣ нужно. Мистеръ Визерденъ, у васъ изъ кармана платокь падаетъ. Позвольте мнѣ, сударь.
Брассъ подошелъ было къ нотаріусу, желая прислужиться, но тотъ съ отвращеніемъ отодвинулся отъ него: не говоря уже о природной прелести, которой отличалась физіономія стряпчаго, лицо его было все рсцарапано, одинъ глазъ закрытъ зеленой повязкой, шляпа совершенно измята, исковеркана. Онъ остановился на полпути и оглянулъ всѣхъ, жалостливо улыбаясь.
— Онъ отворачивается отъ меня, промолвилъ онъ, — какъ будто я собираюсь возложить раскаленные уголья на его голову. Но что-жъ дѣлать! Когда домъ рушится, всѣ крысы изъ него бѣгутъ, — если только мнѣ позволено употребить такое выраженіе, говоря о господинѣ, котораго я безконечно люблю и уважаю. Что касается, господа, разговора, который вы только что изволили вести съ моей сестрой, — я видѣлъ, какъ она шла сюда, удивился, для чего это ей понадобилось и… смѣю ли признаться?.. я отъ природы нѣсколько подозрительнаго характера, послѣдовавъ за ней, все подслушалъ у двери.
— Если ты еще не совсѣмъ сошелъ съ ума, такъ замолчи, не говори больше ни слова, опять обрѣзала его сестра.
— Отъ всей души благодарю тебя, милая Сарра, возразилъ Брассъ все съ той же изысканной вѣжливостью, — но тѣмъ не менѣе я буду продолжать: м-ръ Визерденъ, такъ какъ мы съ вами принадлежимъ къ одной профессіи — я уже не говорю о моемъ жилъцѣ, пользовавшемся, такъ сказать, гостепріимствомъ подъ моимъ кровомъ, — вы бы, кажется, могли сначала обратиться ко мнѣ съ вашимъ предложеніемъ. Позвольте мнѣ, милостивый государь, воскликнулъ онъ, замѣтивъ, что нотаріусъ готовится перебить его, — позвольте мнѣ высказатьсядо конца. Если вы сдѣлаете мнѣ одолженіе, вигляните сюда, — Брассъ приподнялъ зеленую повязку и открылъ страшно отекшій глазъ, — и на мое лицо, вы, конечно, удивитесь и спросите, откуда всѣ эти ссадины и царапины и почему шляпа моя скомкана. Я вамъ отвѣчу, господа, и онъ свирѣпо ударилъ кулакомъ по шляпѣ, - что все это дѣло рукъ Квильпа.