Ош открылъ письмо и прочелъ слѣдующія строки, написанныя красивымъ, круглымъ, дѣловымъ почеркомъ:
«Сомми струсилъ, соблазнился обѣщаніями и выдалъ насъ. Все открыто. Вамъ бы слѣдовало поскорѣе убраться изъ вашего дома, такъ какъ не сегодня-завтра онъ будетъ подвергнуть обыску. Все дѣлалось втихомолку, чтобы васъ застать врасплохъ. Не теряйте времени, послѣдуйте моему примѣру: меня нигдѣ не найдутъ; скройтесь такъ, чтобы и васъ не нашли. „С. Б., еще недавно жительствовавшая въ Б.-М.“
Для того, чтобы дать вѣрное понятіе о томъ, что дѣлалось съ лицомъ Квилъпа, какъ оно мѣнялось, пока онъ читалъ и перечитывалъ письмо, надо было бы выдумать новый языкъ: ни одинъ изъ тѣхъ, которые употребляются людьми, не въ состояніи былъ бы этого передать. Онъ долгое время молчалъ. Съ женой его чуть не сдѣлался ударъ отъ безпокойства и испуга.
— Лишь бы мнѣ добыть его сюда! Лишь бы мнѣ до быть его сюда! еле выговорилъ онъ наконецъ.
— О, Квильпъ, скажите, что случилось, на кого это вы такъ сердитесь? спрашивала жена.
— Я бы утопилъ его, продолжалъ мужъ, не обращая на нее вниманія. — Эта смерть слишкомъ для него легкая, слишкомъ короткая, но зато какъ удобно: рѣка подъ рукой. Ахъ, если бы онъ былъ тутъ! Я бы шутя, по-пріятельски, подвелъ его къ рѣкѣ, держа его на пуговицу, и вдругъ столкнулъ бы его въ воду. Говорятъ, что утопленники три раза всплывають наверхъ. О, видѣть его троекратное появленіе на поверхности воды и поемѣяться ему прямо въ лицо! Какое это было бы наслажденіе!
— Квильпъ, что случилось, какое несчаегіе вамъ грозить? бормотала жена, осмѣлившаяся дотронуться до его плеча.
Она была такъ напугана ужасной картиной, которую онъ вслухъ рисовалъ въ своемъ воображеніи, что ея голоса почти не было слышно, когда она его спрашивала.
— Этакая дохлятина! продолжалъ Квильпъ медленно и судорожно потпрая руки. — Я считалъ себя вполнѣ огражденнымъ отъ измѣны съ его стороны; думалъ, что онъ изъ трусости и холопства будетъ молчатъ. О, Брассъ, Брассъ! милый, дорогой, вѣрный, любезный другъ! Лишь бы мнѣ добыть тебя сюда!
Когда онъ произносилъ этогь монологъ, жена отошла въ сторону; чтобы онъ не думалъ, что она его подслушиваетъ. Но вотъ она опять рѣшилась было подойти къ нему. Онъ не далъ ей времени: бросился къ двери и позвалъ Тома. Тотъ, помня послѣднюю трепку, поспѣшилъ на зовъ.