— Что не было, то не было, объ этомъ никто и спорить не станетъ, говорилъ Квильпъ, съ возмутительнымъ спокойствіемъ, — а вотъ куда онъ дѣлся, этотъ вопросъ и до сихъ поръ не разрѣшенъ.
— Что-жъ мнѣ теперь думать о васъ? Тутъ незнакомецъ строго посмотрѣлъ на карлика. — Тогда вы не хотѣли дать мнѣ никакого разъясненія, стараясь отдѣлаться разными увертками, отговорками, обманомъ, а теперь вы слѣдуете по моимъ пятамъ.
— Я слѣдую по вашимъ пятамъ! воскликнулъ Квильпъ.
— А то нѣтъ?
Незнакомецъ окончательно вышелъ изъ себя.
— Всего нѣсколько часовъ тому назадъ, вы были за 60 миль отсюда. М-съ Неббльзъ видѣла васъ въ часовнѣ куда она ходитъ молиться.
— Я полагаю, что вѣдь и она тамъ была, коли меня видѣла, молвилъ Квильпъ, даже и не моргнувъ глазомъ. — И я то же могъ бы сказать, еслибъ не былъ такъ сдержанъ, — что вы слѣдуете по моимъ пятамъ. Я не отказываюсь, я былъ въ часовнѣ, такъ что-жъ изъ этого? Я читалъ въ книжкахъ, что богомольцы, передъ тѣмъ, какъ отправляться въ путь, ходятъ въ церковь помолиться Богу о благополучномъ возвращеніи домой. И какой, это, право, мудрый обычай, какъ подумаешь! Мало ли что можетъ случиться во время путешествія, въ особенности на имперіалѣ. Колесо соскочитъ, лошади чего нибудь испугаются, кучеръ погонитъ лошадей и опрокинетъ экипажъ. Я не выѣзжаю изъ города, не побывавъ въ церкви: у меня ужъ такое обыкновеніе.
Не требовалось большой проницательности, чтобы понять, что Квильпъ безстыдно лгалъ, хотя, по выраженію лица, по интонаціи голоса и жестамъ карлика, его, пожалуй, можно было бы принять за мученика правды.
— Съ вами просто съума сойдешь, говорилъ въ отчаяніи незнакомецъ. — Прошу васъ, скажите мнѣ откровенно, васъ привела сюда та же цѣль, что и меня? Если вы знаете, для чего я сюда пріѣхалъ, не можете ли вы мнѣ дать какихъ нибудь разъясненій по этому дѣлу?
— Вы, вѣроятно, принимаете меня за колдуна, государь мой! Квилъпъ съ удивленіемъ пожалъ плечами. — Если бы я былъ колдунъ, я прежде всего наворожилъ бы себѣ самому, — составилъ бы себѣ состояніе.