— Илй теперь, или никогда! воскликнулъ Дикъ. — Ей-Богу же она идетъ кормить кухарочку.
Заглянувъ внизъ черезъ перила и удостовѣрившись, что темная наколка окончательно исчезла за дверью, онъ осторожно, крадучись, тоже спустился по лѣстницѣ и незамѣтно вслѣдъ за миссъ Сэлли вошелъ въ кухню. Кухня была отвратительная. Потолокъ чуть не падалъ на голову, со стѣнъ текло; всѣ онѣ были въ трещинахъ, пузыряхъ. Въ углу стояла ветхая бочка, изъ которой на полъ сочилась вода. Полуживая отъ истощенія кошка жадно лакала эту воду. Громадная печка была такъ приноровлена ея настоящимъ хозяиномъ, чтобы въ ней можно было поддерживать лишь микроскопическій огонь. Все было подъ замкомъ: и уголь, и свѣчи, и соль, и говядина. На всѣхъ дверкахъ, на всѣхъ ящикахъ болтались висячіе замки. Тутъ нечѣмъ было бы поживиться и таракану. Миссъ Сэлли принесла въ кухню блюдо съ холодной бараньей ножкой. Увидѣвъ хозяйку, кухарка смиренно опустила голову.
— Ты здѣсь? спросила та.
— Здѣсь, ма'амъ, отвѣчала дѣвочка слабымъ голосомъ.
— Отойди подальше отъ стола; ничего нельзя поставить, чтобы ты сейчасъ же не начала ковырять.
Дѣвочка забилась въ уголъ, а миссъ Брассъ вынула ключъ изъ кармана, отворила шкафъ и достала оттуда какое-то мѣсиво изъ картофеля, холодное и твердое, какъ камень. Она поставила его на столъ и, приказавъ дѣвочкѣ сѣсть, взяла большой кухонный ножъ и принялась яко бы точить его о вилку.
— Видишь это? спросила она, отрѣзавъ кусочекъ баранины, приблизительно около двухъ квадратныхъ дюймовъ величиной, и зацѣпивъ его кончикомъ вилки.
Изголодавшаяся дѣвочка такъ жадно глядѣла на лакомый кусочекъ, что изучила его насквозь.
— Вижу, отвѣчала она.
— Такъ не смѣй же разсказывать людямъ, что тебѣ не даютъ мяса. На, ѣшь!