— Оставьте меня, кричалъ мальчикъ, стараясь локтями отбояриться отъ карлика. — Говорю вамъ, оставьте, если не хотите чтобы вамъ досталось!
— Замолчи, щенокъ, не то я тебя отдую желѣзными прутьями, кожу съ тебя спущу, глаза выколю! кричалъ карликъ въ свою очередь.
Онъ опять сжалъ кулакъ и, ловко просунувъ его подъ локтемъ мальчика, въ то время, какъ тотъ увертывался отъ его ударовъ, схватилъ его за голову, снова принялся тузить и отпустилъ его только тогда, когда излилъ на немъ весь свой гнѣвъ.
— Попробуйте-ка подойти, говорилъ мальчикъ, отодвигаясь назадъ и снова выставляя локти на защиту.
— Небось, не трону, будетъ съ тебя на этотъ разъ. На, вотъ тебѣ ключъ, отопри контору.
— Отчего вы не деретесь съ такими же карликами, какъ вы сами? спросилъ мальчикъ, осторожно подходя къ нему.
— А гдѣ я ихъ возьму, дьяволенокъ? Говорятъ тебѣ, бери ключъ, не то я размозжу тебѣ голову.
И дѣйствительно, когда мальчикъ подошелъ, онъ изо всей силы хватилъ его ключомъ по головѣ.
Мальчикъ вздумалъ было поворчать, направляясь къ конторѣ, но, увидѣвъ, что Квильпъ идетъ вслѣдъ за нимъ, не отрывая отъ него глазъ, тотчасъ же замолчалъ. Здѣсь кстати замѣтить, что между ними существовала какая-то странная симпатія. Намъ нѣтъ дѣла до того, какимъ образомъ зародилось и чѣмъ поддерживалось это взаимное расположеніе, заставлявшее одного терпѣть брань и подзатыльники, а другого выносить грубые и дерзкіе отвѣты. Квильпъ, конечно, никому другому не позволилъ бы говорить себѣ дерзости, а мальчикъ ни отъ кого, кромѣ Квильпа, не сталъ бы сносить побои: ему ничего не стоило убѣжать отъ хозяина.
— Ну, теперь сторожи пристань, да смотри ты у меня, вздумай еще постоять на головѣ: какъ разъ останешься безъ ноги.