— Что съ тобой, Нелли? ахъ, бѣдненькая! вѣрно она черезчуръ устала. Карликъ скосилъ глаза на жену: дескать она должна ему вторить, — сегодня ей пришлось сдѣлать порядочный таки конецъ отъ дома до пристани, а тутъ еще поганые мальчишки перепугали ее своей дракой, да, пожалуй, и переплывать рѣку было страшно. Все это вмѣстѣ утомило и разстроило ее.
Онъ подошелъ къ ней и ласково потрепалъ ее по головкѣ. Прикосновеніе его руки произвело, помимо его воли, магическое дѣйствіе: дѣвочка мгновенно отрезвилась отъ слезъ. Ей такъ хотѣлось избавиться отъ него, что она тотчасъ же стала прощаться; ей, молъ, пора домой.
— Да чего ты спѣшишь, Нелли, лучше бы осталась и пообѣдала вмѣстѣ съ нами, уговаривалъ ее карликъ.
— Нѣтъ, благодарю васъ, я и такъ ужъ засидѣлась, говорила Нелли, утирая слезы.
— Не хочешь, какъ хочешь. Вотъ тебѣ письмо. Отдай его дѣдушкѣ и скажи ему, что я постараюсь повидаться съ нимъ завтра или послѣзавтра. Сегодня я никакъ не могу исполнить его порученіе. Эй, ты, молодецъ, крикнулъ онъ Киту, проводи барышню, да смотри у меня, чтобы съ ней ничего не случилось по дороги, слышишь?
Китъ не счелъ нужнымъ отвѣчать на такое неумѣстное наставленіе. Замѣтивъ, что у Нелли глаза заплаканы, онъ грозно взглянулъ на Квильпа. Онъ готовъ былъ бы выцарапать ему глаза, если бы оказалось, что она плакала по его, Квильпа, винѣ.
— Нечего сказать, вы большая мастерица допрашивать, напустился Квильпъ на жену, когда они остались вдвоемъ.
— Что же я еще могла сдѣлать? кротко возразила жена.
— А что вы такое сдѣлали? нюни распустили, и больше ничего. Этакая…
— Мнѣ и такъ жаль бѣдную дѣвочку: я невольно заставила ее высказаться, открыть всѣ свои тайны. Она была увѣрена, что мы однѣ, а вы тутъ же стояли и подслушивали. Господи, прости мнѣ это прегрѣшеніе!