— Случалось.
— Ну, такъ вотъ у нихъ тамъ обыкновенно бываетъ какой-нибудь король Джорджъ или Билль, или Быкъ, или Слонъ, или Ромъ, или Солонина, или еще какъ-нибудь въ томъ же родѣ, Смотря какъ вздумается окрестить его нашимъ матросамъ…
— Да гдѣ же это? — спросилъ Роксмитъ.
— Ну, да тамъ, гдѣ-нибудь въ Африкѣ,- все равно гдѣ. Вѣдь черные короли — дешевый товаръ, — прибавилъ мистеръ Вильферъ, какъ будто извиняясь, — и, думается мнѣ, товаръ не завидный…
— Согласенъ съ вами, мистеръ Вильферъ. Такъ вы хотѣли сказать…
— Я хотѣлъ сказать, что на такомъ вотъ черномъ королѣ бываетъ обыкновенно надѣта или какая-нибудь шляпа изъ Лондона, и больше ничего, или пара манчестерскихъ подтяжекъ, или одна эполетка, или мундиръ ногами въ рукава, или что-нибудь въ этомъ родѣ.
— Совершенно вѣрно, — подтвердилъ секретарь.
— Такъ вотъ скажу вамъ по секрету, — мистеръ Роксмитъ, — весело продолжалъ Херувимчикъ, — когда у меня было на рукахъ большое семейство и надо было заботиться обо всѣхъ, я, признаюсь вамъ, очень напоминалъ собою такого короля. Вы холостякъ, и потому не можете понять, какъ трудно мнѣ бывало устроить, чтобы на мнѣ было надѣто болѣе одной приличной вещи заразъ.
— Легко могу повѣрить вамъ, мистеръ Вильферъ.
— Я говорю вамъ это только затѣмъ, чобы вы знали, какъ любитъ меня моя дочь, какъ она внимательна и предупредительна ко мнѣ, старику, — прибавилъ мистеръ Вильферъ съ родительской гордостью. — Если бъ мы ее сызмала баловали, я бы не цѣнилъ этого такъ высоко. Но въ томъ-то и дѣло, что нѣтъ, ни капельки не баловали. Она добрая дочь. И такая красавица!.. Надѣюсь, вы согласны со мной, что она красавица, мистеръ Роксмитъ?