Юджинъ не далъ прямого отвѣта, но, пустивъ раза три дымокъ изъ сигары, замѣтилъ только:
— Не смѣшивай положеній. Во всемъ Лондонѣ нѣтъ дѣвушки лучше Лиззи Гексамъ. У меня въ семьѣ между моими нѣтъ никого лучше ея, да и въ твоей семьѣ нѣтъ никого лучше.
— Допустимъ. Что же слѣдуетъ?
— Ну вотъ, — проговорилъ Юджинъ нерѣшительно, глядя вслѣдъ своему другу, когда тотъ направлялся въ другой конецъ комнаты, — вотъ ты опять заставляешь меня разгадывать загадку, отъ которой я отказался.
— Юджинъ, не собираешься ли ты увлечь и потомъ бросить эту дѣвушку?
— Милый другъ, — нѣтъ.
— Такъ, можетъ быть, ты намѣренъ жениться на ней?
— Милый другъ, — нѣтъ.
— Такъ что же ты намѣренъ сдѣлать?
— Милый другъ, я ничего не намѣренъ дѣлать. У меня нѣтъ никакихъ намѣреній. Я не способенъ къ намѣреніямъ. Если бъ я составилъ какой-нибудь планъ, я тотчасъ же и бросилъ бы его, утомленный процессомъ составленія.