-- Джорджіана,-- заговорилъ вполголоса мистеръ Ламль, улыбаясь до ушей и сіяя, какъ арлекинъ,-- вы сегодня не въ своей тарелкѣ. Отчего вы не въ своей тарелкѣ, миссъ?
Джорджіана пролепетала, что она совершенно такая же, какъ всегда, и не замѣчаетъ въ себѣ никакой перемѣны.
-- Не замѣчаете въ себѣ перемѣны?-- подхватила мистрисъ Ламль.-- Не лукавьте, моя дорогая! Вы всегда были съ нами такъ просты, такъ непринужденны. Вы были нашей отрадой среди бездушной толпы, олицетворенною юностью и весельемъ.
Миссъ Подснапъ взглянула на дверь, какъ будто въ душѣ ея зарождалась смутная мысль, не спастись ли ей бѣгствомъ отъ комплиментовъ.
-- Позвольте, я предложу этотъ вопросъ на судъ моего друга Фледжби,-- сказалъ, немного возвышая голосъ, мистеръ Ламль.
-- Ахъ, нѣтъ!-- слабо вскрикнула миссъ Подснапъ. Но тутъ дѣло "выручки" приняла на себя мистрисъ Ламль:
-- Извините меня, другъ мой Альфредъ, но я еще не могу уступить мистера Фледжби; вамъ придется немного подождать. Мы съ мистеромъ Фледжби заняты конфиденціальной бесѣдой.
Должно быть, Фледжби велъ эту бесѣду необыкновенно искусно,-- по крайней мѣрѣ, никто не слыхалъ, чтобъ онъ произнесъ хоть одно слово.
-- Что?! Конфиденціальная бесѣда, Софронія? Какая бесѣда? О чемъ? Фледжби, я ревную. О чемъ у васъ бесѣда,-- говорите сейчасъ!
-- Сказать ему, мистеръ Фледжби?-- спросила мистрисъ Ламль.