-- Мятежная душа! Непокорное дѣтище! Скажи мнѣ вотъ что. Если бы, наперекоръ чувствамъ матери, ты допустила себя принять покровительство Боффиновъ и если бъ ты пришла изъ тѣхъ чертоговъ рабства...
-- Это безсмыслица, мама,-- сказала Лавинія.
-- Что?!-- воскликнула съ величавой суровостью мистрисъ Вильферъ.
-- Чертоги рабства -- вздоръ и чепуха!-- не возмутимо повторила Лавинія.
-- Я говорю, самоувѣренная и гордая дочь, если бы ты пришла изъ окрестностей Портлэндъ-Плеса, сгибаясь подъ игомъ покровительства и сопутствуемая его служителями въ блестящихъ одеждахъ,-- пришла меня навѣстить, то неужели ты думаешь, что я могла бы излить во взглядахъ мои сокровенныя чувства?
-- Не знаю, что я думаю объ этомъ, мама,-- отвѣчала Неукротимая.-- Знаю только, что я желала бы, чтобы вы изливали ваши сокровенныя чувства по надлежащему адресу.
-- И если бы,-- продолжала, не слушая, ея мать,-- если бы, презрѣвъ моимъ предостереженіемъ, что даже на лицѣ мистрисъ Боффинъ написано зло, ты, отвернувшись отъ меня, прилѣпилась къ мистрисъ Боффинъ, а потомъ, послѣ всего, вернулась домой, отвергнутая этою мистрисъ Боффинъ, затоптанная ногами этой мистрисъ Боффинъ, выброшенная ею на улицу, то неужели ты думаешь, что я могла бы излить во взглядахъ мои сокровенныя чувства?
Лавинія только что собиралась отвѣтить своей почтенной родительницѣ, что въ такомъ случаѣ можно было бы обойтись и безъ взглядовъ, какъ вдругъ Белла поднялась со стула и сказала:
-- Покойной ночи, мама. У меня сегодня выдался утомительный день. Я пойду спать.
Это разстроило пріятную компанію. Мистеръ Джорджъ Сампсонъ вскорѣ распрощался и ушелъ, сопутствуемый миссъ Лавиніей со свѣчей до прихожей, и безъ свѣчи до калитки. Мистрисъ Вильферъ отправилась на покой, омывъ руки отъ Боффиновъ на манеръ леди Макбетъ, и Р. Вильферъ одинъ остался сидѣть въ меланхолической позѣ среди бренныхъ останковъ вечерней трапезы.