"Ея тутъ нѣтъ, но была, можетъ быть", сказалъ себѣ Брадлей.
Голова поднялась съ полу на свою прежнюю высоту, спустилась съ лѣстницы и приплыла къ воротамъ. Тамъ со сторожемъ разговаривалъ какой-то человѣкъ.
-- А, вотъ онъ!-- сказалъ сторожъ.
Догадавшись, что рѣчь шла о немъ, Брадлей взглянулъ вопросительно на сторожа и на стоявшаго передъ нимъ человѣка.
-- Вотъ онъ принесъ письмо мистеру Ляйтвуду,-- пояснилъ сторожъ, показывая письмо въ своей рукѣ,-- и я сказалъ ему, что одинъ человѣкъ только что прошелъ въ ту же квартиру. По одному дѣлу, можетъ статься?
-- Нѣтъ,-- отвѣтилъ Брадлей, взглянувъ на незнакомца.
-- Нѣтъ,-- подтвердилъ угрюмо и тотъ.-- Мое письмо -- писала-то его моя дочь, а все-таки оно мое -- мое письмо касается моего дѣла, а дѣло мое никого не касается.
Выйдя изъ воротъ нерѣшительнымъ шагомъ, Брадлей услышалъ, какъ они затворились за нимъ и вслѣдъ за тѣмъ услышалъ шаги человѣка, который его догонялъ.
-- Прошу прощенья,-- сказалъ незнакомецъ, скорѣе споткнувшись о него, чѣмъ прикоснувшись къ нему, чтобы привлечь его вниманіе.-- Вы, можетъ быть, знакомы съ тѣмъ... съ другимъ почтеннѣйшимъ.
-- Съ кѣмъ?-- удивился Брадлей.