-- Если бы моего бѣднаго мальчика лучше воспитывали, онъ бы не вышелъ такимъ,-- говорила она.-- Себя я не упрекаю; надѣюсь, мнѣ не за что себя упрекать.

-- Совершенно не за что, Дженни, искренно вамъ говорю.

-- Спасибо, крестная. Мнѣ легче, когда вы такъ говорите. Такъ трудно, видите ли, воспитать ребенка, какъ слѣдуетъ, когда, работаешь, работаешь весь день напролетъ. Когда онъ лишился мѣста, я не могла держать его безотлучно при себѣ. Онъ начиналъ такъ нервничать и становился такъ несносенъ, что поневолѣ приходилось выпускать его на улицу. А на улицѣ онъ велъ себя очень скверно. Онъ всегда велъ себя скверно, какъ только былъ не на глазахъ. Это вѣдь часто случается съ дѣтьми.

"Слишкомъ часто съ такими дѣтьми" -- подумалъ старикъ.

-- Какъ знать, что вышло бы и изъ меня самой, если бъ у меня спина не болѣла и ноги не хромали, когда я была молода,-- продолжала дѣвочка.-- Мнѣ оставалось только работать, и я работала. Играть я не могла. А мой бѣдный, несчастный ребенокъ могъ играть, и это погубило его.

-- Да и не его одного, Дженни.

-- Какъ сказать? Не знаю, крестная. Онъ жестоко страдалъ -- мой несчастный мальчикъ. Ему бывало иногда очень, оченъ тяжело. А сколько доставалось отъ меня!-- прибавила она, качая головой и роняя слезы на свою работу.-- Не думаю, чтобы мнѣ было много хуже жить изъ-за него. А если бы и такъ,-- забудемъ это.

-- Вы добрая дѣвушка; вы терпѣливая дѣвушка.

-- Ну, ужъ чего-чего, а терпѣнія-то у меня не много,-- сказала она, пожимая плечами.-- Если бъ я была терпѣлива, я никогда бы не бранила его. Но я вѣдь бранила его для его же пользы. И потомъ, я всегда такъ сильно чувствовала свою отвѣтственность за него. Я пробовала убѣждать, урезонивать: это не помогало. Пробовала дѣйствовать лаской,-- тоже не помогало. Пробовала бранить,-- не помогала и брань. Вѣдь я обязана была все перепробовать, имѣя на рукахъ такого питомца. Развѣ я исполнила бы свой долгъ передъ моимъ бѣднымъ погибшимъ ребенкомъ, если бъ не перепробовала съ нимъ всего?

Въ такихъ разговорахъ и въ безостановочной работѣ коротало трудолюбивое маленькое существо дни и вечера, пока не снарядило въ путь достаточное количество куколъ-щеголихъ, которыя взамѣнъ себя прислали въ бѣдную кухонку, куда перенесли теперь рабочій столикъ Дженни, траурныя ткани и другія траурныя принадлежности, какихъ требовали обстоятельства.