-- А хоть бы и такъ!-- выговорилъ Брадлей дрожащими губами.-- Стало быть, есть причина.
-- Мало ли причинъ, чортъ возьми!-- подхватилъ мистеръ Райдергудъ.
-- Сами же вы говорили, что этотъ мерзавецъ оскорблялъ васъ, издѣвался надъ вами или что-то въ этомъ родѣ. То же самое онъ продѣлывалъ и со мной. Весь онъ съ головы до пятокъ сотканъ изъ змѣиныхъ жалъ. Вотъ вы, напримѣръ, сейчасъ отнесли имъ письмо: будьте благонадежны, что эти два пріятеля и не подумаютъ дать ему ходъ, а преспокойно раскурятъ имъ сигару.
-- А что жъ бы вы думали, пожалуй, что и такъ, клянусь Богомъ!-- воскликнулъ Райдергудь, мгновенно распаляясь гнѣвомъ.
-- Навѣрное такъ, а не пожалуй. Позвольте мнѣ предложить вамъ вопросъ. Я знаю не только вашу фамилію, я и еще кое-что о васъ знаю. Я знаю про Гаффера Гексама. Скажите: когда вы въ послѣдній разъ видѣли его дочь?
-- Когда я въ послѣдній разъ дочь его видѣлъ, почтеннѣйшій?-- переспросилъ мистеръ Райдергудъ, умышленно становясь все безтолковѣе по мѣрѣ того, какъ Брадлей все больше увлекался.
-- Да. Не то, чтобы говорили съ ней, а просто видѣли ее гдѣ-нибудь?
Рогъ поймалъ нить, которой доискивался, хотя держался за нее неуклюжей рукой. Смотря на обращенное къ нему гнѣвное лицо такимъ отсутствующимъ взглядомъ, какъ будто рѣшалъ въ умѣ ариѳметическую задачу, онъ медленно отвѣтилъ:
-- Я не видалъ ее ни разу со дня смерти Гаффера.
-- Вы бы легко ее узнали по виду?