Завтра утромъ въ десять часовъ мистеру Винасу было вполнѣ удобно заняться этимъ превосходнымъ дѣломъ.
-- Надѣюсь, вы хорошо за нимъ присматривали это время?-- спросилъ Сайлесъ.
Мистеръ Винасъ очень хорошо за нимъ присматривалъ изо дня въ день.
-- А что, если бъ вы завернули къ нему сегодня вечеркомъ и передали ему мое приказаніе -- я говорю: мое, потому что онъ знаетъ, что со мной шутки плохи,-- мое приказаніе приготовить къ завтрашнему утру всѣ бумаги, счета и деньги?-- сказалъ Веггъ.-- А теперь для проформы и чтобы ваше сердце порадовать, не взглянуть ли намъ, прежде чѣмъ мы выйдемъ (я тоже пройдусь съ вами немножко, хоть меня ноги не держатъ, такъ я усталъ)... не взглянуть ли намъ на нашъ капиталецъ?
Мистеръ Винасъ досталъ капиталецъ, и онъ оказался въ полной исправности. Мистеръ Винасъ взялся представить его, куда слѣдовало, завтра поутру, и обѣщалъ сойтись съ мистеромъ Веггомъ у подъѣзда Боффина ровно въ десять часовъ. Компаньоны разстались на пути между Клэркенвеллемъ и домомъ этого Боффина, какъ настойчиво называлъ золотого мусорщика мистеръ Веггъ, упраздняя передъ его фамиліей приставку "мистеръ".
Была ненастная ночь, послѣ которой наступило еще болѣе ненастное утро. На улицахъ было до того грязно и скользко, что Веггъ отправился на мѣсто дѣйствій въ кебѣ, справедливо разсуждая, что человѣкъ, отправляющійся все равно, что въ банкъ, получать весьма кругленькую сумму, можетъ позволить себѣ такую пустую издержку.
Винасъ явился на мѣсто пунктуально въ назначенный часъ. Веггъ объявилъ, что онъ самъ позвонитъ и начнетъ объясненія. Онъ позвонилъ. Дверь отворилась.
-- Боффинъ дома?
Лакей отвѣчалъ, что мистеръ Боффинъ дома.
-- Пусть такъ, хоть я иначе его называю,-- сказалъ Веггъ.