-- Роксмитъ,-- заговорилъ мистеръ Боффинъ однажды вечеромъ, когда они занимались какими-то счетами въ его комнатѣ, гдѣ въ этотъ часъ обыкновенно собиралась вся семья.-- Роксмитъ, я слишкомъ много трачу, долженъ вамъ сказать. Или, пожалуй, вы слишкомъ много тратите за меня.
-- Вы богаты, сэръ.
-- Нѣтъ, я не богатъ,-- сказалъ мистеръ Боффинъ.
Рѣзкость отвѣта почти подразумѣвала, что секретарь лжетъ. Но это не вызвало никакой перемѣны въ его неподвижномъ лицѣ.
-- Говорю вамъ, что я не богатъ,-- повторилъ мистеръ Боффинъ,-- и не хочу, чтобы мнѣ говорили противное.
-- Вы не богаты, сэръ?-- переспросилъ секретарь съ разстановкой.
-- А хоть бы и богатъ, такъ это мое дѣло,-- отрѣзалъ мистеръ Боффинъ.-- Я не желаю швырять деньгами зря, какъ того хотѣлось бы вамъ или кому-нибудь другому. Вамъ самому не понравилось бы такое швырянье, будь эти деньги ваши.
-- Увѣряю васъ, сэръ, что даже въ этомъ невозможномъ случаѣ я...
-- Придержите языкъ!-- закричалъ мистеръ Боффинъ.-- Вы не должны допускать лишнихъ тратъ ни въ какомъ случа ѣ -- вотъ что!... Я не хотѣлъ быть грубымъ, но вы сами вызываете меня на это. И потомъ, вѣдь я хозяинъ. Я не имѣлъ намѣренія васъ оскорбить. Прошу извиненія. Можете говорить, но не противорѣчьте. Читали ли вы когда-нибудь "Жизнь мистера Эльвза?" -- заключилъ мистеръ Боффинъ, добравшись наконецъ до своего конька.
-- Это одинъ изъ знаменитыхъ скупцовъ?