Все еще неохотно, плохо повинующимися руками, бросая искоса недовѣрчивые взгляды въ сторону торчавшихъ мертвыхъ рукъ, какъ будто онъ боялся, что вдругъ какая-нибудь парочка изъ нихъ протянется къ нему и сцапаетъ документъ,-- мистеръ Веггъ открылъ картонку, досталъ шкатулку и, отперевъ ее, извлекъ изъ нея завѣщаніе. Онъ крѣпко держалъ его за уголокъ все время, пока Винасъ, взявшись за другой уголокъ, пытливо и не спѣша читалъ.
-- Ну что, товарищъ? Правду я вамъ говорилъ?-- спросилъ наконецъ мистеръ Веггъ.
-- Совершенную правду,-- сказалъ Винасъ.
Тутъ мистеръ Веггъ сдѣлалъ легкое, граціозное движеніе, какъ бы собираясь свернуть свой документъ, но мистеръ Винасъ не выпускалъ изъ руки своего уголка.
-- Нѣтъ сэръ,-- сказалъ онъ, моргая глазками и тряся головой.-- Нѣтъ, товарищъ! Рѣшимъ сперва вопросъ, кому хранить эту вещь. Извѣстно ли вамъ, кто будетъ хранить ее, товарищъ?
-- Я,-- сказалъ Веггъ.
-- Ахъ нѣтъ, товарищъ, вы ошибаетесь,-- возразилъ мистеръ Винасъ.-- Хранить буду я. Послушайте, мистеръ Веггъ: я не желаю заводить съ вами спора, и того еще меньше желаю разводить анатомію надъ вашей персоной.
-- Что вы хотите этимъ сказать?-- спросилъ мистеръ Веггъ торопливо.
-- Я хочу сказать вотъ что,-- проговорилъ внушительно Винасъ.-- Едва ли можетъ человѣкъ чувствовать больше дружбы и симпатіи къ другому человѣку, чѣмъ чувствую я къ вамъ въ эту минуту. Но у себя я окруженъ трофеями моего искусства и владѣю инструментами очень ловко.
-- Что вы хотите сказать, мистеръ Винасъ?-- повторилъ тревожно Веггъ.