-- Вы, кажется, не назвали тогда ея имени, сэръ?-- сказалъ задумчиво Веггъ.-- Да, нѣтъ, вы не назвали ея имени въ тотъ вечеръ.
-- Плезантъ Райдергудъ.
-- Ахъ, вотъ какъ! Плезантъ Райдергудъ. Въ этомъ имени есть что-то трогательное. Плезантъ. Боже мой! Это имя какъ будто выражаеть, чѣмъ она могла бы быть, если бъ не сдѣлала извѣстнаго намъ непріятнаго замѣчанія, и чѣмъ она не можетъ быть теперь именно потому, что сдѣлала его. Но пролью ли я цѣлительный бальзамъ на вашу рану, мистеръ Винасъ, если спрошу, какъ вы познакомились съ ней?
-- Я какъ-то быль у рѣки,-- началъ Винасъ, отхлебнувъ еще глотокъ чаю и грустно мигая на огонь.-- Я высматривалъ тамъ попугаевъ.-- Онъ отхлебнулъ еще глотокъ и замолчалъ.
Желая подстрекнуть его вниманіе, мистеръ Веггъ осторожно сказалъ:
-- Едва ли вы могли охотиться на попугаевъ въ нашемъ климатѣ, сэръ?
-- Нѣтъ, нѣтъ, нѣтъ!-- нетерпѣливо перебилъ его Винасъ.-- Я стоялъ на берегу и высматривалъ, не удастся ли мнѣ купить парочку попугаевъ у матросовъ для чучелъ.
-- Понимаю, сэръ, понимаю.
-- Искалъ я еще хорошенькой парочки гремучихъ змѣй, чтобы препарировать ихъ для музея. Вотъ тутъ-то и судила мнѣ судьба встрѣтиться съ ней. Я купилъ у нея кое-что. Это было въ то самое время, когда сдѣлали ту находку. А такъ какъ дѣло это получило широкую огласку, то я воспользовался этимъ, чтобы побывать тамъ еще разъ и познакомиться съ нею поближе. Съ той поры я уже не тотъ человѣкъ. У меня всѣ кости размякли отъ тоски по ней. Если бъ ихъ принесли мнѣ разнятыми для сортировки, я, кажется, не призналъ бы ихъ за свои. Вотъ до чего довела меня эта любовь.
Мистеръ Веггъ, замѣтно остывшій въ своемъ любопытствѣ, взглянулъ на одну полку, выглядывавшую изъ темноты.