-- Хорошая, надѣюсь?
-- Надѣюсь, что да,-- отвѣчалъ онъ, взглянувъ ей прямо въ глаза.
-- Минутами мнѣ казалось,-- продолжала она, отводя въ сторону свой взглядъ,-- что больше всего васъ заставляетъ такъ дѣйствовать ваше глубокое уваженіе къ мистрисъ Боффинъ.
-- Вы опять таки правы. Безспорно такъ. Для нея я все готовъ сдѣлать, все вынести. Не могу выразить словами, какъ высоко я цѣню эту милую, добрую женщину.
-- Я тоже... Могу я спросить васъ еще объ одномъ?
-- О чемъ хотите.
-- Вы замѣчаете, конечно, какъ она страдаетъ всякій разъ, когда проявится чѣмъ-нибудь происходящая въ мистерѣ Боффинѣ перемѣна?
-- Я вижу это каждый день, какъ видите и вы, и мнѣ очень больно, что я причиняю ей горе.
-- Причиняете ей горе?-- переспросила Белла, торопливо подхвативъ его выраженіе и удивленно приподнявъ брови.
-- Да, вѣдь я обыкновенно бываю невольной причиной ея страданій.