-- Вы будете вполнѣ удовлетворены въ этомъ отношеніи еще до конца нашей бесѣды,-- отвѣчалъ Бинтрей.-- Теперь же, позвольте мнѣ перейти сразу къ дѣлу. Между вами, мистеръ Обенрейцеръ, и вашей племянницей происходила переписка. Я здѣсь нахожусь, чтобы представлять собою вашу племянницу.
-- Другими словами, вы, юристъ, находитесь здѣсь, чтобы представлять собою несоблюденіе закона?
-- Удивительный выводъ!-- сказалъ Бинтрей.-- Если бы только всѣ, съ кѣмъ мнѣ приходилось имѣть дѣло, были похожи на васъ, то какъ бы легка была моя профессія! Я нахожусь здѣсь, чтобы представлять Особою несоблюденіе закона -- это ваша точка зрѣнія. Я нахожусь здѣсь, чтобы устроить компромиссъ между вами и вашей племянницей -- это моя точка зрѣнія.
-- Для компромисса должны быть двѣ стороны,-- возразилъ на это Обенрейцеръ.-- Я, въ данномъ случаѣ, отказываюсь быть одной изъ нихъ. Законъ даетъ мнѣ власть слѣдить за поступками моей племянницы, пока она не станетъ совершеннолѣтней. Она еще не совершеннолѣтняя, и я требую по праву своей власти.
Въ этотъ моментъ maître Фохтъ попытался заговорить. Бинтрей успокоилъ его съ сострадательной кротостью въ тонѣ голоса и манерахъ, какъ будто бы успокаивалъ любимое дитя.
-- Нѣтъ, мой почтенный другъ, ни слова. Не волнуйтесь понапрасну; предоставьте это мнѣ.-- Онъ повернулся и снова обратился къ Обенрейцеру.-- Я не могу ничего представить себѣ подобнаго вамъ, мистеръ Обенрейцеръ, развѣ только гранитъ -- но даже и онъ разрушается съ теченіемъ времени. Въ интересахъ мира и спокойствія -- ради вашего собственнаго достоинства -- уступите немного. Дѣло идетъ только о передачѣ вашей власти другому лицу, которое мнѣ извѣстно и которому можно довѣриться, такъ какъ оно никогда не потеряетъ изъ виду вашей племянницы ни днемъ, ни ночью!
-- Вы напрасно тратите и свое время, и мое,-- отвѣтилъ на это Обенрейцеръ.-- Если моя племянница не признаетъ моей власти въ теченіе недѣли съ этого дня, то я буду взывать къ закону. Если вы будете сопротивляться закону, я возьму ее силой.
Онъ поднялся на ноги, произнося эти послѣднія слова. Maître Фохтъ еще разъ оглянулся на коричневую дверь, которая вела въ слѣдующую комнату.
-- Имѣйте какую-нибудь жалость къ бѣдной дѣвушкѣ,-- сталъ ходатайствовать за нее Бинтрей.-- Вспомните, что она совсѣмъ недавно потеряла своего возлюбленнаго, погибшаго ужасной смертью! Развѣ ничто не тронетъ васъ?
-- Ничто.