Совершенно то же самое и почти въ тѣхъ же самыхъ выраженіяхъ сообщилъ Обенрейцеръ изумленной толпѣ въ Страннопріимномъ домѣ, глазѣвшей на нихъ, когда они, съ наступленіемъ темноты, побороли чрезвычайно увеличившіяся трудности пути и достигли, наконецъ, мѣста, предназначеннаго ими для ночлега и снимали теперь у очага свои мокрые башмаки и отряхали снѣгъ съ одежды.
-- Хорошо столковаться сразу другъ съ другомъ, мои друзья. У этого джентльмэна..
-- ...очень спѣшное дѣло,-- сказалъ Всидэль, быстро договаривая за него съ улыбкой,-- которое побуждаетъ меня неотложно перейти черезъ горы. Непремѣнно нужно перейти.
-- Вы слышите?.. У него очень спѣшное дѣло, которое заставляетъ его перейти черезъ горы. Непремѣнно нужно перейти. Намъ не надо ни совѣта, ни помощи. Я природный горецъ и иду въ качествѣ проводника. Не надоѣдайте намъ разспросами объ этомъ, но дайте намъ поужинать, выпить вина и лечь въ кровать.
Въ теченіе всей очень холодной ночи та же зловѣщая тишина. Опять на разсвѣтѣ солнце не окрашиваетъ снѣга въ золото и багрянецъ; тотъ же неподвижный воздухъ; то же монотонное пасмурное небо.
-- Путники,-- окликнулъ ихъ дружелюбный голосъ изъ дверей, когда они уже готовились къ походу, съ ранцами на спинѣ и альпенштоками въ рукахъ, какъ наканунѣ,-- помните, что на опасномъ пути, предстоящемъ вамъ, есть пять убѣжищъ, расположенныхъ близко другъ отъ друга; на дорогѣ стоитъ деревянный крестъ, а за нимъ слѣдующій Страннопріимный домъ. Не сбейтесь съ пути. Если начнется "Tourmente" (вьюга), то немедленно спасайтесь въ убѣжище!
-- Таково ужъ ремесло этихъ бѣдныхъ парней!-- сказалъ Обенрейцеръ своему другу и презрительно махнулъ рукой назадъ но направленію голоса.-- Какъ они льнутъ къ своимъ заработкамъ! Вы, англичане, говорите, что мы, швейцарцы, жадны къ наживѣ. Право, это похоже на правду!
Они разложили по своимъ двумъ ранцамъ тѣ припасы, которыми могли запастись въ это утро; эта предосторожность казалась имъ не лишней. Обенрейцеръ понесъ вино, какъ свою долю ноши; Вендэль -- хлѣбъ, мясо, сыръ и фляжку съ водкой.
Они уже нѣсколько времени съ трудомъ подвигались впередъ все выше и выше по снѣгу, который доходилъ имъ теперь до колѣнъ на дорогѣ и былъ неизвѣстно какой глубины по сторонамъ ея -- и еще прокладывали себѣ путь, съ большимъ трудомъ поднимаясь все впередъ и выше, черезъ наиболѣе страшную часть этой ужасной пустыни, когда началъ идти снѣгъ. Сначала закружились медленно и спокойно всего только нѣсколько хлопьевъ снѣга. Но спустя немного времени, снѣгъ сталъ идти гораздо сильнѣе и внезапно началъ крутиться спиралями безъ всякой видимой причины. Сейчасъ же вслѣдъ за этой перемѣной на нашихъ путешественниковъ налетѣлъ съ ревомъ порывъ ледяного вѣтра. Теперь всѣ звуки и силы, связанные до этихъ поръ, сразу получили свободу.
Одна изъ тѣхъ мрачныхъ галлерей, черезъ которыя проведена дорога въ этомъ опасномъ мѣстѣ -- пещера, расширенная сводами страшной мощности,-- была неподалеку. Едва они съ трудомъ пробились къ ней, какъ буря забушевала со всею яростью. Завываніе вѣтра, шумъ бѣгущей воды, грохотанье падающихъ внизъ массъ снѣга и осколковъ скалъ, страшные голоса, которые, казалось, внезапно стали раздаваться не только изъ глотки этого ущелья, но изъ всѣхъ ущелій цѣлаго чудовищнаго горнаго хребта, тьма, словно ночью, яростное круженіе снѣжныхъ хлопьевъ, которые дробились и превращались въ пѣну, ослѣплявшую ихъ, безуміе всѣхъ стихій, ненасытно жаждущихъ разрушенія, мгновенный переходъ отъ бѣшенной ярости къ неестественному спокойствію и отъ вихря потрясающихъ душу звуковъ къ полной тишинѣ,-- все это могло заставить оледенѣть кровь людей, находящихся на краю глубокой пропасти, хотя свирѣпый вѣтеръ и безъ того леденилъ кровь, ставъ буквально плотнымъ отъ льдинокъ и снѣга.