И Чарльсъ Бэтсъ упалъ на полъ и цѣлыя пять минутъ судорожно хохоталъ отъ избытка радости. Потомъ, вскочивъ на ноги, онъ выхватилъ свѣчу у Докинса и, подойдя къ Оливеру, началъ ходить вокругъ его, осматривая его со вниманіемъ, между-тѣмъ, какъ Жидъ, снявшій свой колпакъ, низко кланялся изумленному мальчику. Въ это время "хитрецъ" шарилъ въ его карманахъ.
-- Посмотри, какое у него бѣлье, Феджинъ! сказалъ Чарльсъ Бэтсъ, поднося свѣчу къ самому лицу Оливера.-- Чудесное полотно, и какъ сшито! А книги-то? настоящій джентльменъ!
-- Я восхищенъ, что вижу тебя въ такомъ нарядѣ, дружокъ, сказалъ Жидъ, кланяясь съ насмѣшливымъ смиреніемъ. "Хитрецъ" дастъ тебѣ другую пару платья, чтобъ ты этого не замаралъ. За чѣмъ ты не писалъ къ намъ, дружокъ, что пріидешь сегодня? Мы приготовили бы что-нибудь къ ужину.
Чарльсъ Бэтсъ опять захохоталъ; но когда Докинсъ вынулъ изъ кармана Оливера пяти-фунтовую ассигнацію, самъ Феджинъ улыбнулся.
-- Что это? спросилъ Сайксъ, выступая впередъ, когда Жидъ схватилъ бумажку.-- Это мое, Феджинъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ, сказалъ Жидъ.-- Мое, Уильямъ, мое. Ты возьми себѣ книги.
-- Если это не мое, сказалъ Сайксъ, ударяя шляпою по столу съ рѣшительнымъ видомъ:-- не мое и не Нанси, то я возьму мальчика назадъ.
Жидъ вздрогнулъ и Оливеръ вздрогнулъ также, но отъ другой причины.
-- Давай руку! сказалъ Сайксъ.
-- Это нехорошо, Биль, очень нехорошо! Не такъ ли, Нанси? спросилъ Жидъ.