-- Я боюсь, не больна ли я, тетушка, прошептала Роза.
Она была больна въ-самомъ-дѣлѣ. Когда принесены были свѣчи, всѣ ужаснулись ея блѣдности. Оливеръ, съ безпокойствомъ слѣдившій за всѣми движеніями старушки, замѣтилъ, что она приходитъ, въ отчаяніе. Роза, удаляясь въ свою комнату, утѣшала ее, что на другой день ей будетъ гораздо-лучше.
-- Надѣюсь, сударыня, сказалъ Оливеръ, когда мистриссъ Мели возвратилась: -- что нѣтъ никакой опасности? Миссъ Мели не такъ здорова, но...
Старушка сдѣлала ему знакъ молчать, и сѣвъ въ темный уголъ комнаты, нѣсколько минутъ оставалась безмолвною. Наконецъ она сказала дрожащимъ голосомъ:
-- Надѣюсь, что нѣтъ, Оливеръ. Я была счастлива съ нею нѣсколько лѣтъ,-- слишкомъ счастлива... Я боюсь потерять ее...
-- О, избави Боже! вскричалъ.Оливеръ.
Прошла безсонная ночь; когда наступило утро, Роза была въ сильной горячкѣ.
-- Намъ должно дѣйствовать, а не плакать, Оливеръ, сказала мистриссъ Мели, прикладывая палецъ къ губамъ.-- Это письмо надо какъ-можно-скорѣе отослать мистеру Лосберну въ Чертзей.
Оливеръ не могъ отвѣчать, но безпокойство видно было въ глазахъ его.
-- Вотъ другое письмо, сказала мистриссъ Мели: -- но не знаю, теперь отослать его, или подождать, что будетъ съ Розою.