-- Радуюсь за васъ, замѣтилъ Монксъ.-- Зажгите фонарь и убирайтесь отсюда какъ-можно-скорѣе.
Къ-счастію Бомбля, разговоръ кончился; иначе онъ продолжая кланяться, непремѣнно слетѣлъ бы съ лѣстницы. Онъ зажегъ фонарь и, держа его въ рукѣ, молча сошелъ внизъ съ женою. Монксъ шелъ сзади, прислушиваясь къ шуму дождя и журчанію воды.
Они тихонько прошли нижнюю комнату; Монксъ вздрагивалъ при каждой тѣни, а мистеръ Бомбль все осматривался, нѣтъ ли гдѣ опускныхъ дверей. Дверь, къ которой они подошли, была тихо отперта для нихъ Монксомъ, и супруги, простившись съ своимъ таинственнымъ знакомцемъ, пошли домой.
По уходѣ ихъ, Монксъ, боявшійся оставаться одинъ, позвалъ мальчика, который былъ спрятанъ гдѣ-то внизу и, велѣвъ ему идти впередъ съ фонаремъ, возвратился въ прежнюю комнату.
ГЛАВА ХXXVIII
о томъ, что происходило, между Жидомъ и Монксомъ.
Былъ вечеръ, когда Уилльямъ Сайксъ, пробудясь отъ сна, громко спросилъ который часъ.
Комната, гдѣ онъ сдѣлалъ этотъ вопросъ, была не изъ тѣхъ, въ которыхъ мы видѣли его до нападенія на Чертзей, хотя находилась въ той же части города и недалеко отъ прежней его. квартиры. Она освѣщалась однимъ окномъ, выходившимъ на кровлю; недостатокъ одежды, мёбели и блѣдное, изнуренное лицо Сайкса показывали, что онъ терпѣлъ нужду.
Разбойникъ лежалъ на кровати, завернувшись въ свой бѣлый сюртукъ, служившій ему вмѣсто одѣяла. На лицо его, покрытое смертною блѣдностію, надвинутъ былъ колпакъ, и черная, небритая борода висѣла клочьями. Собака сидѣла у постели, не сводя глазъ съ своего хозяина; -- повременамъ, слыша шумъ на улицѣ, она поднимала уши и ворчала. У окна, занятая починкою стараго жилета разбойника, сидѣла женщина, столь блѣдная и истомленная продолжительнымъ бдѣніемъ и нуждою, что въ ней едва было можно узнать Нанса; она отвѣчала на вопросъ Сайкса:
-- Недавно било семь. Какъ ты чувствуешь себя, Биль?