-- Что скажутъ о немъ въ ньюгэтскомъ календарѣ? Быть-можетъ, я совсѣмъ забудутъ упомянуть его имя. О горе, горе!
-- Ха! ха! вскричалъ Жидъ, обращаясь къ мистеру Вольтеру: -- смотри, какъ они гордятся своимъ ремесломъ.
Мистеръ Вольтеръ кивнулъ головою въ знакъ согласія, а Жидъ, смотря на печаль Бэтса съ какимъ-то самодовольствіемъ, подошелъ и потрепалъ его по плечу.
-- Не тужи, Чарльсъ. Всѣ узнаютъ, каковъ онъ былъ. Онъ покажетъ себя и не осрамитъ друзей своихъ. Подумай, какъ онъ еще молодъ! Какая честь быть извѣстнымъ въ эти лѣта!
-- Точно, честь! сказалъ Бэтсъ, немного успокоенный.
-- Мы будемъ исполнять всѣ его прихоти, продолжалъ Жидъ.-- Его станутъ содержать въ тюрьмѣ какъ джентльмена.-- Всякій день ему будетъ пиво и денегъ въ-волю. Мы сочинимъ за него рѣчь, которую онъ скажетъ своимъ судьямъ, и вѣрно растрогаетъ ахъ.
-- Прекрасно! вскричалъ Бэтсъ.-- Я увѣренъ, что онъ ихъ растрогаетъ.
-- Непремѣнно! вскричалъ Жидъ.-- Мнѣ Кажется, я какъ теперь его вижу передъ судомъ.
-- И и тоже, сказалъ Бэтсъ.-- Ха! ха! и я тоже какъ-будто смотрю на него. Всѣ эти огромные парики стараются глядѣть серьёзнѣе, а Докинсъ начинаетъ читать имъ рѣчь съ такимъ же хладнокровіемъ, сакъ разсказывалъ намъ сказки послѣ обѣда. Ха! ха! ха!
Въ-самомъ-дѣлѣ, Жидъ умѣлъ такъ настроить своего пріятеля, что мистеръ Бэтсъ, сначала считавшій Докинса жертвою, теперь смотрѣлъ на него, какъ на дѣйствующее лицо въ необыкновенно-забавной сценѣ, и съ нетерпѣніемъ ожидалъ дня, въ который старому товарищу представится случай показать свои способности.