-- Слышишь? закричалъ онъ, видя, что Оливеръ медлитъ и оглядывается кругомъ.
Они были около темнаго угла, гдѣ не видно ни души. Онъ протянулъ руку, которую Нанси крѣпко сжала въ своихъ рукахъ.
-- Подаіі мнѣ другую, сказалъ Сайксъ.-- Сюда, Буль!
Собака взглянула на него и заворчала.
-- Смотри сюда! продолжалъ Сайксъ, кладя другую руку на воротникъ Оливера.-- Если онъ вымолвитъ хоть слово, хватай его! Слышишь?
Собака опять заворчала и оскалила зубы, смотря на Оливера, готовая тотчасъ въ него вцѣпиться.
Ночь была темная и сырая. Огни въ лавкахъ тускло свѣтились сквозь туманъ, который, густѣя болѣе и болѣе, обхватывалъ дома" улицы, и еще болѣе увеличивалъ ужасную неизвѣстность Оливера.
Они прошли еще нѣсколько шаговъ; тяжелый церковный колоколъ пробилъ восемь. Съ первымъ ударомъ, два спутника Оливера остановились и начали прислушиваться.
-- Восемь часовъ, Уильямъ, сказала Нанси.
-- Къ-чему жь ты говоришь мнѣ это? развѣ я не слышу? отвѣчалъ Сайксъ.